Конкурс типирования по 2 текстам: тренировочные тексты • Психология и соционика

Конкурс типирования по 2 текстам: тренировочные тексты

Эксперимент "Типирование по текстам"

Конкурс типирования по 2 текстам: тренировочные тексты

Сообщение Parf » Вт авг 30, 2016 2:04 pm

Тексты для конкурса присылайте на e-mail Probirina [saobaka] yandex.ru

Тексты для тренировки - сказки, фантастика, фэнтези:


текст 1 (про вампира-гипнотизера):

- Лиза…. Елизавета… Элизабет… - мягкий обволакивающий голос, казалось, был повсюду и проникал в самые потайные уголки сердца девушки, те, о которых она сама и не подозревала, играя на ее чувствах изысканную и прихотливую мелодию, призывая следовать за собой. – Иди,… слушай меня и иди ко мне!
Плывший вокруг легкий серебристый туман начал приобретать смутные очертания фигуры, все приближающейся, еще ближе, еще, а зов становился все настойчивее, громче, пока не стал оглушительным. От него вокруг все плыло и кружилось, тело казалось невесомым, словно её обсыпали волшебной пыльцой феи Питера Пена, и хотелось лететь, бежать, стремиться к нему, зовущему и манящему. Внезапно туман растаял и стало холодно, руки и ноги налились свинцовой тяжестью, а голос, что звал, полностью изменился.
- Лиза!! – невысокая темноволосая девушка, одетая в яркий спортивный костюм и туфли для бега, трясла за плечо полулежащую на скамейке блондинку в темно-сером платье из тяжелого струящегося шелка. – Ты что?! Тебе нехорошо? Почему ты сидишь тут, на бульваре? Да ты вообще меня слышишь?! Я сейчас вызову врача! – Нашарив в кармане куртки мобильник, она на секунду задумалась, припоминая, какие именно цифры положено набирать при вызове Скорой, используя сотовый – то ли 003, то ли 030, или еще какие. … В этот момент ее подруга окончательно пришла в себя, открыла глаза и с искренним недоумением в голосе спросила – Анюта? А… где я? Чего ты кричишь?
Пока одна из девушек, причитая, возмущалась беспечностью подруги, неизвестно почему задремавшей в тенистом уголке, блондинка осматривалась вокруг, постепенно приходя в себя. Парк, скамейка в раскидистой тени кряжистого дуба, неизвестно откуда появившаяся подруга – ведь с ней, кажется, был тот самый парень, с которым Елизавета познакомилась каких-то две недели назад – и похоже влюбилась по уши. И это она, та самая девушка, которую за глаза однокурсники и поклонники прозвали Снежной королевой – думала о новом знакомом почти все время и бегала на свидания в дальние уголки парка. Странно… куда же он мог уйти, или ей показалось? Лиза немного отстранилась от подруги и еще раз внимательно огляделась. Услышав вопрос Анюты, о том, что же произошло, девушка неуверенно ответила – Ну… я задремала, голову напекло, наверное. Я же была одна? Просто давай купим попить, и поможешь мне дойти до остановки, все хорошо, просто немного голова кружится …


Часом позже, под присмотром бдительной подруги, уже не такая бледная, Лиза дошла до своего подъезда. Несмотря на кажущуюся веселость и уверенность, она чувствовала себя растерянно – еще ни разу за свои девятнадцать лет ей не случалось падать в обморок. Войдя в квартиру, девушка с облегчением скинула туфли – от долгой прогулки на шпильках ноги побаливали – и, пройдя на кухню, обессилено опустилась на табуретку, прислонившись спиной к стене и запрокинув голову. Казалось бы, ерунда, – солнцем напекло голову, упала в обморок – какое еще может быть объяснение произошедшему – но на сердце появились тревожные нотки предчувствия, что все не так просто… что-то было не так, и не только с этим случаем – вообще последнее время ее жизнь неуловимо изменилась, и стала казаться чем-то нереальным и далеким, как картинка в калейдоскопе. Эту неправильность надо было уловить, она вертелась где-то рядом, как кончик ниточки в хитросплетенном клубке, вот только ухватишь – и можно размотать весь клубок, разгадать все загадки.
А началось все… С чего же? Почувствовав биение пульса в висках, отдающее болью, девушка поморщилась и встала. В холодильнике нашлась бутылка с апельсиновым соком, в хлебнице на столе – пачка крекеров. Налив себе сок и захватив крекеры, Лиза удалилась на балкон своей комнаты – там можно было посидеть, подышать воздухом, перекусить – чувство голода наконец напомнило о себе – и решить, как же ей поступить теперь. На балконе было уютно, солнце медленно клонилось к закату, повеяло прохладой – слабый ветерок принес свежесть и забрал головную боль. Прикрыв глаза, она ясно увидела перед собой лицо того, с кем должна была встретиться сегодня в парке. Длинные темные волосы, несколько небрежная одежда, внимательные синие глаза, казалось, с печалью смотрят на нее, Лизу. Наверное, ей стало плохо, он опоздал, а Анюта раньше подняла панику, увидев подругу в обмороке на скамейке. Что-то все равно было не так, неправильно, странно, но что именно…
Девушка задумчиво наматывала прядь волос на пальцы, покусывая губу. Кроме этой ускользающей неправильности, ее мучил еще один момент – как ей встретиться теперь с Виктором. До того она и не задумывалась, теперь это казалось невозможным, но было именно так – встречаясь с ним уже две недели, Лиза не знала ни адреса, ни номера телефона своего нового ухажера – более того, ни разу во время их свиданий ему никто не позвонил. Хотя телефон всегда лежал в кармане рубашки, или нет? Что-то небольшое и прямоугольное, чуть просвечивающее через ткань. Ну а что это еще могло быть, телефон, конечно. Виктор рассказывал, что недавно переехал, его семья раньше жила в Европе, здесь еще не успел обзавестись друзьями, все непривычно, и пока они встречались только вечерами, всегда на одной и той же аллее, а затем просто гуляли. Разговаривали, смеялись, пару раз он обнимал Лизу за плечи, ненавязчиво, не приставая, а накануне, когда пришло время девушке идти домой, долго смотрел на нее, словно не решаясь заговорить, а потом, взяв ее руку, попросил прийти завтра немного пораньше. Последние слова были – Не забудь! Я кое-что должен сказать тебе, Элизабет! – Виктор временами называл ее так, поясняя, что в Европе отвык от русских вариантов имен. За эти две недели она и не заметила, как уже не могла не вспоминать его голос, слова, легкий акцент, чем-то напоминающий прибалтийский, глубокую синеву глаз, легкую полуулыбку, прохладные прикосновения рук. Сама себе не отдавая в том отчета, с каждым днем Лиза все больше влюблялась в этого загадочного парня, а сегодня встреча не состоялась. После вчерашнего разговора она надеялась, что разговор пойдет о том, чтобы стать друг для друга больше, чем просто друзьями, но что же теперь делать, как им встретиться. Ей внезапно захотелось прямо сейчас вскочить и побежать в парк, в глубину аллей, к тому самому месту, где они познакомились. Девушка резко вскочила, стакан сока, стоявший на столике перед ней, опрокинулся и подол длинного, немного ниже колен, платья, оказался испорчен. Лиза охнула, рассматривая испачканный шелк, подняла упавший, чудом не разбившийся стакан и направилась в ванную, принести тряпку и замочить пятно.
Через полчаса пол на балконе был вытерт, платье отмокало в тазу, а Лиза сидела в глубоком мягком кресле в углу комнаты и размышляла. Ей вдруг так явно, будто время повернулось вспять, представилась их первая встреча, ее и Виктора. В тот день ее группа сдала последний экзамен и как раз отмечали это в кафе. Было шумно, душно, тусовка разделилась на парочки и две небольшие компании – весело хихикающих девушек и севших ближе к барной стойке парней, обсуждающих что-то свое. Лиза же не встречалась ни с кем из сокурсников, и, погруженная в свои мысли, пропустила момент, когда девушки как-то моментально и сплоченно оказались за одним столиком, подсаживаться к ним от большого стола, за которым внезапно остались только парочки, показалось ей как-то неудобно. Забрав свою сумку и не попрощавшись ни с кем, она пошла от кафе в сторону самой тихой и тенистой улицы, ей хотелось тишины и свежего воздуха после гомона и духоты.
Плавные изгибы переулка привели ее к ограде парка. За небольшой приоткрытой калиткой вилась тропинка, вдали блеснула вода – девушке захотелось посмотреть, что там, в этой части парка она еще ни разу не бывала. Тропинка вела ее среди старых дубов, ароматных лип и растрепанных каштанов прямо к небольшому пруду, местами поросшему ряской, с зарослями рогоза по берегам. В темной зеленоватой воде иногда блестела чешуя и плескала хвостом рыба. Тропинка же, огибая пруд, вела дальше – там, за деревьями, виднелись какие-то строения.
Лиза, раздвинув руками длинные стебли рогоза, подошла поближе к воде. Ее заинтересовали видневшиеся в глуби пруда белесые тела рыб, уж очень напоминавшие карпов – но откуда же в заброшенном пруду старого парка карпы? Обычно в таких прудах жили бычки, черные рыбки, прозываемые ребятишками ротаны за их широкую пасть, и шустрые мелкие плотвички. Осторожно балансируя на краю у самой воды, девушка присела, всматриваясь в воду и потянулась рукой к тому месту, где недавно был всплеск и разбегались кругами шустрые волны. И тут, среди легкого шума листвы и редких всплесков, где-то неподалеку раздался звук, несколько неестественный для тихой идиллии. Где-то резко хлопнула дверь.
Это было неожиданным настолько, что девушка вздрогнула и замерла на пару секунд, балансируя у воды. Выпрямившись, она осмотрелась. Судя по всему, да иначе и не могло быть, звук послышался от тех самых строений поодаль, к тому же ей показалось, что с той стороны мелькнул чей-то силуэт среди деревьев. Лиза медленно отошла от воды и вернулась на тропинку, исчезавшую впереди за деревьями. Ей было и боязно, и любопытно, эти чувства соперничали друг с другом несколько секунд, и победило любопытство. Девушка направилась по тропинке к тому месту, где, как ей показалось, кто-то был. При этом, убеждала она себя, дверь могла хлопнуть и от ветра, или кошка, например, толкнула или там собака… Хотя что в таком безлюдном месте делать собаке или кошке? Размышляя так, она потихонечку шла вперед, неуверенно теребя ремешок сумки.
Тем временем дорожка нырнула немного вбок за деревья и вывела Лизавету на небольшую полянку, залитую ярким светом солнца. По ее периметру были расставлены небольшие деревянные вагончики-павильончики, с облупившейся краской и остатками вывесок. Там стоял небольшой высокий киоск с жестяной вывеской над мутным окошечком «Касса», вагончик, разрисованный облезлыми клоунами, надпись под которыми гласила, что это была комната смеха, прилавок для торговли сладостями и игрушками и еще несколько строений. В черном, с большой проржавевшей летучей мышью на боку строении, можно было узнать комнату страха, еще там был небольшой тир с криво висящими мишенями, а также кегельбан. Все выглядело очень старым и заброшенным, но при этом не пугающим. Яркие лучи солнца отражались от грязных, но целых стекол в окошках, двери тоже не были выбиты или сломаны, на полянке тропинка, по которой пришла девушка, разветвлялась на множество тропок, ведущих к аттракционам, при этом они не были заросшими, да и между ними трава выглядела скорее как газон, а не буйной зарослью.
Девушка осматривалась, отмечая детали – обрывки цветных плакатов, треснувшие ступеньки, облупленную краску на стенах. Казалось, что она была тут одна, выходит, что та мелькнувшая тень была просто игрой воображения? Да, размышляла Лиза, ветер качнул деревья, блики солнечных лучей и густая тень кустарника вполне могли создать впечатление, что там кто-то был. Но звук хлопнувшей двери, откуда же он тогда? Она еще раз внимательно осмотрела маленькую ярмарку. Двери всех балаганчиков были закрыты, хотя нет… Боковая дверь «Кассы» покачивалась легонько на разболтанных петлях. Так вот откуда был хлопок двери, девушка рассмеялась и подошла к киоску, желая прикрыть дверь обратно, а перед тем, вполне возможно, заглянуть внутрь. Когда ее рука уже тянулась к дверной ручке, слева, у кегельбана, опять что-то мелькнуло. Резко обернувшись, девушка увидела высокого длинноволосого парня в светлой льняной рубашке, темных джинсах и невысоких кожаных сапогах. Он стоял, прислонившись к стене, и выглядел смущенным. Лиза же и немного испугалась от неожиданности встречи, и растерялась. И была зла за это и на себя, и на парня. Виновник же этих чувств тем временем сделал пару шагов в ее сторону и поклонился. Этот жест немного позабавил девушку и снял настороженность, ну а неизвестный тем временем представился – Виктор. Простите, я, наверное, напугал Вас… Здесь нечасто можно кого-либо встретить, мне кажется.
- Нет, что Вы, все нормально – Лиза совсем успокоилась, парень не казался опасным. – А что это за место? Я никогда не была здесь, в этой части парка. Тут была ярмарка или парк аттракционов?
- Здесь была старая ярмарка, Вы абсолютно правильно предположили. Не хотите немного прогуляться, если пройти немного дальше по тропе, попадете на красивую тенистую аллею, там можно будет присесть и я расскажу Вам то, что знаю про это место.
Лиза кивнула и ее сопровождающий направился к неприметному проходу среди кустов. Девушка вначале не очень охотно пошла за ним, заранее составляя в голове фразу не очень обидного отказа и предложения поискать другой путь – ветки могли быть колючими, а ей не хотелось порвать колготки или юбку. Но тропинка оказалась шире, чем на первый взгляд и Лиза со своим спутником действительно вышли на широкую аллею. Это место было ей знакомо и можно было пойти к выходу из парка, но молодой человек, как и обещал, направился к широкой резной скамейке под сенью старого дуба.
- Вы не торопитесь? Если Вам интересно, я расскажу то, что знаю про эту часть парка.
Лиза подошла к скамье и присела на край. Вблизи парень оказался очень привлекательным, светлая кожа, темные волосы, зачесанные назад, руки с длинными тонкими пальцами, легкий древесно-сухой аромат от одежды. Положив сумку с конспектами на колени, она легонько провела пальцем по краю скамьи и искоса взглянула на нового знакомого.
- Виктор… а расскажите, если не секрет, почему Вы гуляли в таком месте? Оно довольно необычное, и как Вы правильно заметили, люди, мне кажется, туда не ходят.
Парень сел рядом, не развязно и не чопорно, а как-то естественно, его ровная осанка не казалась зажатой, а поза при этом не была отчужденной. Посмотрев на девушку, он, казалось, немного задумался, а потом рассмеялся.
- Наверное, я показался Вам странным, Елизавета. Но я недавно только переехал в этот город, раньше жил с родителями в Европе – в Венгрии, Румынии, Чехии. Отвык от того, что видел в раннем детстве и успел позабыть. Вот и привыкаю – хожу, присматриваюсь к людям, к позабытой атмосфере большого города. Много лет мы жили в небольших поселениях, в Румынии у отца было небольшое поместье, а сейчас я приехал по делам его фирмы в Россию. А Вы учитесь, наверное?
В тот день они долго сидели под дубом, разговаривали – Лиза рассказала про учебу и планы на будущее, Виктор красочно описал жизнь в румынских деревнях и улочки чешских городов, потом они немного погуляли по аллеям. Незаметно наступило время прощаться и Лиза договорилась встретиться с ним завтра на той же скамейке, вечером. Выйдя из парка, девушка вытащила из сумки телефон и удивилась – море пропущенных вызовов, ее искали подруги и даже была пара звонков от брата и родителей. Оказалось, что видимо из-за сбоя сети «абонент был недоступен», и подруги беспокоились, да и мама хотела узнать о результате экзамена, да и когда, собственно, дочь будет дома.
На следующий день они встретились вновь и к вечеру перешли на ты, а потом виделись еще и еще, каждый вечер, до сегодняшнего дня. Две недели девушка была, как в тумане, счастлива и поглощена общением с новым знакомым, а тот был учтив, галантен и так увлеченно слушал и расспрашивал Лизу обо всем, ну а затем сам начинал рассказывать. Виктор отличался от развязных и шумных или наоборот робких и стеснительных кавалеров девушки, которые пытались добиваться ее внимания в институте или во дворе. Он не походил и на пикаперов, в нем чувствовалось что-то старомодно-благородное, в духе рыцарских романов. При этом молодой человек не был старомодным и прекрасно мог поддержать беседу и о литературе, и о музыке, о кино, о Лизиной учебе, а девушка, между прочим, собиралась быть искусствоведом, о жизни в России и Европе, культурных традициях, и о многом другом.
Лиза чуть улыбнулась, вспомнив и знакомство, и прогулки с Виктором в первые дни после этого, но что-то ненавязчиво скреблось в душе, какая-то тревога. То, что они встречались только в парке и до сих пор не обменялись номерами телефонов не было очень странным, бывают разные обстоятельства, да и познакомились недавно. Нет, не это ее тревожило. Какая-то неправильность была в этом всем. Девушка тревожно прикусила губу и прищурилась. Так… первая встреча, что же… Вот! Догадка была столь внезапной, сколь и неожиданной, первое знакомство, Виктор назвал свое имя, но она нет. И – позже у скамьи на аллее – он знал, как ее зовут, но Лиза совершенно точно ему не представлялась. Откуда он мог знать, может это розыгрыш, чья-то шутка или он следил за девушкой раньше? Ее словно холодным ветром обдало чувством горечи и обиды. Виктор казался таким искренним и честным… Лиза утерла с глаз набежавшие слезы и тут же подумала, а почему, собственно, он не мог в нее влюбиться еще до знакомства, и наблюдать, не решаясь подойти? Наверное, так и было. Сегодня встречи не случилось, но завтра вечером надо пойти на то же место, где они всегда встречались, и разумеется, Виктор будет ждать. Можно как бы между прочим спросить, что вот, заметила такое, или ей показалось. Все будет хорошо.
Телефонный звонок вывел девушку из раздумий, оказалось, что родители не приедут – решили остаться на даче. Взгляд, брошенный вскользь на часы, немало удивил ее – была уже половина десятого, ничего себе, увлеклась воспоминаниями. Получается, Лиза будет ночевать одна, брат еще не вернулся из Рима, где гостил студентом по обмену, а звонить подругам и приглашать к себе не было настроения, ну и ладно. Не в первый раз. Есть не хотелось, убедившись, что по телевизору смотреть особенно нечего, девушка уединилась в своей комнате с книгой о легендах стран Восточной Европы, которая начиналась историями про оборотней. Чтение заинтересовало ее, тем более, что Елизавета скептически относилась к разным мистическим историям и не верила в их реальность, а значит и не боялась, а вот как народные предания эта тема была интересна. Уже после полуночи девушка отложила тяжелый том на тумбочку у кровати, выключила свет и легла. Усталость и переживания дали о себе знать, сон практически сразу окутал Лизу, как всепроникающий туман. Все тревоги и сомнения ушли, девушка мирно и спокойно спала.
Спокойствие и безмятежность сна без сновидений была прервана звуком каких-то рвущихся нитей, рвались они с резким скрежетом и поскрипыванием, одна за другой. Елизавета в замешательстве пыталась осмотреться в полной темноте, но скоро поняла, что лежит в каком-то тесном ящике из занозистых неструганных досок, в который не проникает свет, а неприятные звуки все ближе и громче. Скрип, скрип… опять… длинный, тонкий звук. Закричать нет сил, из горла вырывается только едва слышное хрипение, пытаясь выбраться, она занозила руку длинной щепкой, а в голове промелькнула мысль, что ящик напоминает гроб. Ее гроб… Но она же жива, и эти звуки сводят с ума… Обламывая ногти и обдирая руки и колени, она билась, скребла доски, почти подвывая от отчаянья. С каждой секундой ее разум отказывался поверить в реальность происходившего, девушка медленно сходила с ума, напоминая запертого в клетке дикого зверька, непонимающего, испуганного, но не желающего смириться с заточением. Внезапно из темноты послышался голос Виктора, печальный и скорбный, зовущий девушку. – Элизабет… почему ты не пришла, что ты наделала. Я ждал тебя. Как же ты могла, я же верил… - Девушка почувствовала, как на лицо упали тяжелые густые капли, влага медленно стекала по доскам, попадая на руки, волосы, щеки. Тяжелый густой запах наполнил все вокруг, голова кружилась. Облизнув мокрые губы, Лиза с ужасом поняла, что это кровь, ее медленно заливает кровью. Из последних сил она пыталась закричать, но темнота поглотила ее – девушка потеряла сознание от страха.
Лиза открыла глаза и резко села на постели. В окно проникали рассеянные лучи солнца, золотившие комнату, с улицы слышались обычные звуки раннего городского утра – лай пары собак, выгуливаемых пораньше, гудение выезжавшего со двора мусоровоза, щебет птиц. Неужели это был сон… Руки и ноги побаливали, волосы спутались, но этому можно было найти разумное объяснение, вчера же был обморок, голову напекло, она ушиблась и переутомилась, потому и спала беспокойно, металась во сне. Встав с постели, она распахнула окно и, зажмурившись, подставила руки и лицо солнцу. Свежий воздух прояснил голову и Лиза, пытаясь вспомнить детали ночного кошмара, подошла к зеркалу. Говорят, любое неприятное переживание, тот же ночной кошмар, надо вспомнить и заново пропустить через себя, тогда оно станет воспоминанием и больше беспокоить не будет. Она взяла щетку для волос и начала распутывать длинные непослушные прядки, отмечая при этом, что выглядит побледневшей и под глазами темные круги. Да, днем не обойтись без макияжа по полной программе, иначе любой гот позавидует ее виду, краше в гроб кладут. Подумав это, Лиза вздрогнула, во сне как раз ее, похоже, и положили в гроб. И там был Виктор, во сне, с ним тоже что-то произошло, что-то плохое. А может… что, если он ждал ее вчера, допоздна, и с ним произошло страшное, избили, или убили совсем, например, пьяная компания решила ограбить прилично одетого парня, или того хуже, ей вспомнились газетные статьи, что в городе есть сатанинская секта, а ведь сейчас полнолуние. Что, если Виктора уже нет в живых, а сон приснился потому, что она это почувствовала.
В тот же миг Лиза была уже на ногах. В шкафу обнаружился старенький, еще со школы, спортивный костюм, застиранный и потертый, но девушку это не волновало, главное, быстрее, вдруг он там и еще жив. Сама не понимая этого порыва, она оделась, всунула ноги в дачные кроссовки, схватила ключ с тумбочки, и чуть не забыв закрыть за собой дверь, выскочила на лестницу. Лифт ездил где-то наверху, и не дожидаясь его, Елизавета побежала по лестнице, прыгая через ступени и чудом не поскальзываясь на недавно вымытой лестнице. Вот уже хлопнула тяжелой пружиной дверь подъезда и только пара кошек и дворничиха проводили недоуменными взглядами выбегающую со двора девушку, никак не походившую на утренних бегунов за здоровьем – волосы растрепаны, одежда старая, да и стремительный бег не походил на размеренную трусцу. Она производила странное впечатление, как сумасшедшая, сбежавшая от консилиума врачей, решивших запереть больную навеки в желтом доме, но ей было наплевать. Несмотря на это, через пять минут, добежав до парка и задыхаясь, Лиза остановилась – сильно кололо в боку, дыхание сбилось. Переходя через каждые несколько метров с бега на шаг и наоборот, она добралась до места их несостоявшейся встречи.
Косые лучи солнца освещали каменную скамью, зелень травы вокруг, крону древнего дуба. Девушка почти упала на еще не прогретое теплом лета после ночи сидение, ударившись довольно сильно о спинку скамейки, но не заметив боли. Дыхание было тяжелым и сбившимся, Лиза давно так не бегала. Она не надеялась, что Виктор будет ждать ее всю ночь, но девушке казалось, что ей надо сюда прийти, здесь будет разгадка того, что случилось – и обморока, и даже сна. Пытаясь восстановить дыхание, она не сразу поняла, что пальцы руки нащупали приклеенный краем к сидению листочек бумаги, небольшой, вроде стикера для заметок. Лиза встала на колени возле скамейки и провела ладонью по яркому листочку. На нем, немного расплывшиеся от росы, были написаны два слова – Вечером приходи. Девушка осмотрелась вокруг, ее не покидало ощущение, что за ней наблюдают. Она медленно встала, зажав в руке листок, и осмотрелась. Нет, никого не было, показалось. У нее ни на секунду не промелькнуло, что записка может быть не ей предназначена, или что ее написал не Виктор, потому что с ним что-то произошло. Все тревоги и сомнения словно унес легкий утренний ветерок. Лиза закружилась под дубом, словно в танце, ночной кошмар казался древним мифом, по сравнению с тем, каким был мир вокруг – живым, солнечным, наполненным радостью и светом, раскрашенный яркими красками – яркой желтизной лучей солнца, объемным глубоким коричневым оттенком коры деревьев, светлой молодой зеленью. Когда у нее начала немного кружиться голова, девушка остановилась – какая же глупость вчера пришла ей в голову! Конечно, она назвала свое имя сразу, иначе и быть не могло. Направляясь к выходу из парка, Елизавета размышляла, что ей лучше одеть сегодня вечером, и не замечала, как из старого дупла в стволе кряжистого дерева за ней внимательно смотрели чьи-то глаза.



День пролетел, как в тумане. Лиза не задумываясь, как автомат, выполняла привычные действия повседневных дел – приготовить еду, помыть посуду, сходить за продуктами – вечером должны были приехать родители, хорошо бы приготовить к их возвращению ужин. Ей казалось, что день тянется невыносимо долго, потому лучшего способа убить время до вечернего свидания, чем занять себя хозяйственными хлопотами, не нашлось. И правда, день уже клонился к вечеру, когда Лиза села почитать, ту самую недочитанную книгу о мифах и легендах. Часть после оборотней именовалась Доппельгангеры, девушка смутно помнила, что это слово где-то уже встречала, и чтение обещало быть интересным. Зачитавшись, Лиза опомнилась только от звонка. Номер звонящего не определялся, девушка долго пыталась услышать хоть что-то через звук помех, но безуспешно. Тут она кинула взгляд на часы, и вскочила – приближалось то время, когда она обычно встречалась в парке с ее загадочным новым знакомым. Наскоро приодевшись, Лиза оставила записку, что придет поздно, на случай, если родители вернутся с дачи до ее возвращения, заперла дверь и поспешила в парк.
Этим вечером в парке было немноголюдно. По пути к обычному месту встречи Лизе попадались лишь отдельные парочки, и то идущие ей навстречу. Знакомая скамейка в сени дуба была пуста, девушка присела и осмотрелась. Пальцы скользнули в кармашек сумочки, нашаривая там утреннюю записку, Лиза хотела убедиться, что это не показалось ей. Почему же его нет… Уверенность, что он придет, таяла с каждой минутой, а записка начала казаться нелепым розыгрышем. Когда за спиной послышались шаги, ей не хотелось оборачиваться. На плечо девушки легла прохладная ладонь. – Элизабет… прости меня, я не смог прийти вчера. – Голос Виктора был немного хриплым, как от простуды. – Но я знал, что ты придешь, я ждал тебя.
Лиза медленно обернулась и увидела его, как всегда, чуть небрежного и галантного, почувствовала знакомый суховато-пряный аромат, и не смогла сдержать слез. Через секунду она уже рыдала на его плече, выплакивая все свои тревоги и сомнения. Молодой человек же спокойно ждал, приобняв девушку, пока она успокоится. Когда Лиза выплакалась, она почувствовала себя неловко, но не отстранилась – ей было спокойно и надежно в руках Виктора, и она почти не чувствовала стыда за свой порыв чувств. Надо бы что-то сказать, но он ее опередил – Я понимаю, что ты беспокоилась. Не бойся, я не пропаду так больше. Пойдем, прогуляемся немного. – Он повел девушку, крепко и уверенно придерживая под руку, в сторону старой ярмарки и пруда.
Елизавета все еще не решалась заговорить, но Виктор сам негромко рассказывал ей, что собирался пригласить ее знакомить с родителями. Его отцу позвонил дядя, и им пришлось улетать обратно в Европу по семейным делам, а он опоздал и не встретил ее в парке. Вечер был тих, чуть шумела от легкого ветерка листва на деревьях, на небе появлялись первые звезды и взошел в светлой голубизне вечерних сумерек тонкий лунный серп. На горизонте алела красная полоса заката. Незаметно они уходили все дальше и дальше, под густую тень деревьев. Насколько ей помнилось, там не было выхода из парка, но в такой тихий спокойный вечер в воздухе витало ощущение безмятежности и какой-то бездумной легкости. Ей хотелось кружиться, стать легче пуха и парить над землей, а главное, чтобы Виктор был рядом, смотреть в его глаза, слушать голос, ощущать прохладу его сильных рук. Тропинка вилась все дальше, и она не заметила, как они вышли на место старой ярмарки. Уже совсем стемнело, да и молчали они давно, Лиза только сейчас обратила на это внимание. Виктор шел немного позади, слегка придерживая ее за руку, получалось, что она сама пришла сюда. Лиза вздрогнула, черные силуэты ярмарочных киосков словно возвышались вокруг, подул ветер, и она ощутила нарастающий страх. Сжав покрепче руку своего спутника, она почти прошептала – Давай уйдем отсюда… мне не по себе, не стоило идти сюда.
Сзади раздался тихий голос, шелестящий и словно бесплотный, но несомненно голос Виктора – Элизабет… ты нужна мне! – В тот же миг девушку опутали легкие и крепкие нити, скользящие, как шелк, и не успела она закричать, как ее втолкнули в открытую дверь киоска. Дверь за ней захлопнулась, девушка почувствовала, как что-то шершавое заткнуло ей рот, подавив крик, а затем по шее что-то прошелестело и кольнуло, не больно, как укол анальгетика. Голова закружилась, все начало уплывать все дальше и дальше… Лиза медленно оседала на землю, уже не ощущая спутывающих тело пут. Она увидела смеющиеся глаза Виктора, протянула ему руку и побежала за ним по бескрайнему летнему лугу, далеко-далеко, ей было тепло и спокойно, уже навсегда.

Спустя пару дней, на скамейке в дальнем углу парка было обнаружено тело Елизаветы Антоновны Кочергиной, 19-ти лет, объявленной накануне пропавшей. По словам родителей, все ее вещи были нетронуты, ничего не пропало – в сумочке было все, что всегда. К слову, записки там не было, но кто мог знать об этом. Следов насильственной смерти также не было обнаружено, на шее небольшая царапина и все, ее могла оставить ветка, например. В крови никаких наркотических веществ и алкоголя не обнаружено, смерть наступила в результате кровопотери, при этом следов крови и каких-либо ран на теле не было. По опросам тех, кто мог видеть девушку, установлено, что покойную последние две недели часто видели в одиночку стоявшей под дубом, или сидящей под ним на скамейке. По отрешенному выражению лица, можно было подумать, что девушка медитирует или под наркотиками. Наркотики, похоже, исключались, следовательно могли быть замешаны секты или сатанисты, поиск и выяснения ни к чему не привели. Последний раз ее видели идущей в сторону старого пожарища, где более 150 лет назад сгорела ярмарка, но и там не было найдено ничего, что могло бы пролить свет на произошедшее с девушкой. Дело так и осталось висяком, а среди молодежи пошли слухи о новом наркотике и страшных ритуалах дъяволопоклонников, кто-то упомянул, что покойница интересовалась мистикой.


В глубоком дупле старого дуба огромная и уродливая бесполая паукообразная тварь готовилась уйти в спячку. Она была сыта, и теперь можно было несколько лет переваривать вкусную молодую кровь. С возрастом ее умения гипноза и чтения мыслей совершенствовались, неизменным оставалось одно – ее добыча, люди, говоря и думая о вампирах, почему-то всегда представляли себе подобных, ну иногда в их страхах вампиры, кроме клыков, обращались во вполне безобидных существ – летучих мышей или волков. Твари это казалось забавным. Поудобнее уложив тяжелое пузо среди мелких щетинистых ножек, она щелкнула тонкими шершавыми жвалами и погрузилась в дрему. С тех пор, как предпоследний из их рода был привезен на старую ярмарку якобы чучелом, а потом по неосторожности не смог правильно заморочить людей, и погиб в пожаре, тварь была здесь одна на много миль – в центре своих охотничьих угодий. Глупая добыча сама подталкивала к созданию правильного образа – мальчика, девочки, девушки или парня, а то иногда старика или зрелой женщины. Они сами ловились на крючок своих мечтаний и помогали раскручивать нити морока, заманивать жертву, приводить ее в темные уголки, а потом выпивать всю. Тварь отдыхала, ее ждал сытый глубокий сон на столетие, а затем можно было вновь начать наводить морок на первого, кто по неосторожности подойдет слишком близко к логову последнего вампира.


текст 2 (про пиццерию с ужасами):

В административном здании секретарь, просмотрев бумаги, выдала нам по расписанию и бланки со списком учебников, пособий, а заодно и ключ от школьного шкафчика для Кими, я же остался со своим старым шкафом. Когда мы шли к главному корпусу за учебниками, то услышали за углом, возле стадиона, громкий голос директора. Переглянувшись с Кими, я схватил девушку за запястье и дернул к раскидистым кустам, обрамлявшим палисадник как раз недалеко от стадиона. Обосновавшись в этом временном укрытии и прислушавшись, мы вскоре поняли, что директор распекал одного из преподавателей. Чуть высунув голову из-за наиболее раскидистой ветки, я увидел невысокого сутулого мужчину, лет сорока на вид, в обвисшем спортивном костюме. Он понуро стоял перед мистером Биттерсом, нашим директором.
— Еще раз повторится такое, порча учениками школьного инвентаря, за который вы, между прочим, отвечаете… Уволим! — Биттерс вообще-то спокойный мужик, но сейчас явно злился. — В этом году занимаетесь только с первым годом обучения, но если и они сорвут урок или испортят что, увольняю! Никакой дисциплины не можете держать…
Мужчина как-то обреченно стоял перед начальством, не возражая и не отвечая, только временами быстро кивал, по прежнему опустив взгляд перед собой. Его сероватое невыразительное лицо выглядело немного отрешенным, губы медленно шевелились, но он молчал. Тут Кими потащила меня назад, ухватив за локоть. Вздрогнув от прикосновения ее тонких горячих пальцев, я вслед за ней выбрался обратно на дорожку, и пошел за ней к входу в корпус.
— Ты знаешь, кто это? — спросил я, оглядываясь. — Хотя о чем это я, откуда тебе знать… Просто у нас он ничего не преподавал, да и на учителя не похож особо…
Кими оглянулась на меня и внезапно схватила за руку. В ее глазах промелькнуло сочувственное выражение, девушка быстро и чуть нервно облизнула губы и зашептала:
— Как раз я знаю, кто это… Пошли, расскажу…
Так и не дойдя до библиотеки, мы сели прямо на траву у школьной мини обсерватории. Кими заметно волновалась и оглядывалась в сторону стадиона. Автоматически, не задумываясь, я протянул ей руку и Кими каким-то естественным и привычным жестом взяла ее, чуть сжав пальцы.
— Это учитель физкультуры у младших классов. Мистер Фазбер. Дети обычно смеются над ним и не слушают его на уроках, он не очень подходящий учитель…
Я уже хотел как-то прокомментировать ее волнение, например, что этот мужик не особо похож на маньяка или оборотня, разве что на слизняка, и незачем так волноваться, но что-то меня смутило… И тут я понял, что именно.
— Как его зовут, ты сказала? Мистер Фазбер?!
— Ну да, Говард Фазбер, сын старого Фазбера. Его отец держал кафе в проклятом месте. Мой отчим был барменом там.
Я чуть было не сказал, что это теперь наша пиццерия, но Кими продолжила.
— Много лет назад, около двадцати с небольшим, Фазберы переехали в город. Как раз тогда город немного разрастался и старые земли раздавали по жребию всем желающим в аренду за копейки. Фазберам достался кусок старого кладбища. Мой дед приходил к старику и сказал, что не стоило бы там ничего строить, но старик поругался с ним. Хотя тогда он не был еще стариком… И Фазберы построили там кафе, а сами жили при нем, он, жена и сын. Потом его жена погибла в автокатастрофе и их осталось двое. И все так же из-за скупости или еще чего, Фазберы жили при их заведении. Дед говорил, что это не к добру, нельзя жить на проклятом месте… Но в этом году вроде бы там ремонт, а старик с сыном съехали, видно, Фазбер образумился.
Я было хотел рассмеяться, но глаза Кими… Они были очень встревоженными, как бы то ни было, но она явно верила в эту историю. Потому я просто спросил:
— Разве эти старые суеверия не полная ерунда? Ну, что нельзя селиться на кладбищах… Если вспомнить археологические раскопки по всему миру, то многие города и районы прокляты, если так думать.
— Нет… Не в этом дело. Знаешь, Тристан, — тут я даже не понял сперва, что она обратилась ко мне, ведь обычно меня звали сокращенно Ти Джей, полное имя было лишь на школьных формулярах, — это было не обычное кладбище. Там был похоронен убитый моим дедом. За пару лет до раздачи этих земель. Шериф оформил это, как случайность на охоте, но дед знал, что убил не случайно. Этот человек был одержим. Он был не человеком.
— А кем же он мог быть? — Я все еще пытался обернуть все в розыгрыш и очередную городскую легенду. — Зомби или оборотень? Может быть, вампир?
— Нет. Здесь не сильны поверья белых людей и их магия. Он был вендиго.
Опустив взгляд, я снова взял руку Кими в ладони и начал мягко разминать ее побелевшие пальцы. Для нее это точно не было городской легендой… Но если в этом был замешан ее дед, то и неудивительно. Кисть девушки чуть расслабилась и она продолжила.
— Дух не был изгнан, как положено, и вендиго будет искать новую жертву. А теперь старый Фазбер продал кафе. Дед поговорил бы с теми, кто купил кафе, если был бы жив… Но он умер десять лет назад и бабушка со мной уехала в Квебек, в нашу общину. Мать же осталась в городе, отец тяжело болел, эту болезнь у вас называют рак, а в общине не было возможностей его вылечить. Хотя он все равно умер, операция не помогла…
Надо было как-то поддержать взволнованную девушку, но ни одно слово не сходило с языка. Кими низко опустила голову, ее длинные косички совсем закрыли лицо, и тихо прошептала:
— Не завидую тем, кто купил это кафе…
— Это моя семья… Точнее, мой отец купил его. Пиццерия у Фазбера. — Казалось, мой язык сам это ляпнул, без участия мозгов. — Потому можешь не общаться со мной. Я же теперь, типа, проклят, да?
Глупо ухмыльнувшись в последней надежде обратить все в игру и высмеять суеверную аборигенку, я выпустил ладонь девушки из рук. Вот и все, сейчас она убежит или отшатнется в ужасе, а я просто уйду. Ну хоть Тим не верит в эти сказки, с ним мы все равно будем общаться, быстро промелькнуло в голове.
Кими и правда отпрянула, с ужасом всматриваясь мне в глаза. А затем… Я сам не понял, как это произошло. Секунда — и ее теплые руки крепко меня обнимают, а лицо уткнулось мне в грудь, и… вот черт… раздались тихие всхлипывания. Это было непохоже на картинные девичьи истерики или еще что-то подобное, и Кими не вызывала во мне такого бешенства, как рев Кевина. И что мне теперь делать?! Странно, но от присутствия девушки рядом веяло спокойствием, мои руки уже осторожно обнимали Кими, мягко поглаживая длинную россыпь косичек. Через некоторое время девушка уже успокоилась и чуть отстранилась. Мне не хотелось смущать ее, и потому надо было перехватывать инициативу, мужик я, в конце-то концов, или тряпка?
— Тише, все хорошо, не надо извиняться. Вендиго… это что-то опасное? В Бостоне, где мы раньше жили, я и не слыхал о таком.
— Я расскажу тебе чуть позже, хорошо? — Кими смущенно покосилась на меня, чуть порозовев. — Извини, Тим рассказывал, как он встретил тебя, хотя я сразу и не поняла, что это ты. Ты хороший парень. И еще — в тебе есть сила духа, Тристан. Это видно по глазам. Бабушка же, отпуская меня в город, сказала, что кто-то должен будет завершить начатое и уничтожить вендиго, если монстр решит возвратиться к жизни. И это должен быть член нашей семьи.
Надо было как-то разрулить эту ситуацию, и я вскочил на ноги, протянув девушке руку.
— Ничего, все будет нормально! Может, этот дух там и не остался. Его же похоронили. А пока пошли, а то библиотеку закроют, останемся без учебников, а тогда отец мне дома устроит, мы в понедельник уедем на озера, а книги надо получить. Побежали быстрее!
Она подхватила мой легкомысленный тон, хотя в глубине глаз проскакивали огоньки тревоги, и мы почти бегом направились в библиотеку.
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Неокосмизм - в народные массы!

Сообщение Parf » Чт сен 01, 2016 10:37 am

текст 3 (про пиццерию с ужасами, продолжение текста 2):

В ночь на первое ноября я бездумно валялся на кровати, глядя в потолок. Сон никак не шел. С того кошмарного дня прошло больше месяца. Кевин пришел в себя и, по словам Элейн, даже неплохо. Хотя она всегда начинала рыдать, пытаясь рассказать мне о брате. Но из ее сумбурных речей я уяснил главное — брат мог говорить, делать простые действия — к примеру, ел сам. Но не мог практически связно рассказать что-нибудь, непонятно, помнил ли о том дне рождения или нет. Он пока жил в клинике под постоянным присмотром. И не расставался с игрушечным Фредбером, как бы это странно не выглядело. Заодно продолжал заводить шкатулку, открывая ее иногда и вытаскивая куклу Марионетки, а потом убирая вновь. При этом повторяя отрывочно, что Фредбер и кукла ходят и охраняют. Точнее, по словам Элейн, мальчик говорил не совсем так.
— Фредбер ходил, и я буду ходить.
Вот обычные слова Кевина при игре с куклой. Как-то реагировать на расспросы про его игру и вообще реагировать на вопросы он так и не начал.
Меня повидаться с братом так и не допускали. Точнее, все так и шло, как распорядился отец — я сидел дома безвылазно уже больше месяца. Задания по всем предметам приносил и проверял отец. Разговаривать со мной он перестал, разве что сухие замечания по учебе. Я же с каждым днем все больше ощущал, что воспринимаю все вокруг безразлично и живу, как во сне. А вот во снах часто переживал кошмары, но проснуться от них никак не мог. Там, во сне, мой брат сидел посреди пиццерии, играя с Фредбером, плюшевым медвежонком. Стоявшая рядом шкатулка непрерывно играла. И всякий раз в тот самый момент, когда Кевин отвлекался от шкатулки, всматриваясь в темноту, с другой стороны непонятная когтистая лапа утаскивала медвежонка, а потом и моего брата. И я видел, как его разрывает пополам непонятное нечто, при этом часть тела отбрасывает во тьму, а часть падает на шкатулку, заливая кровью куклу и в этот момент шкатулка включается и начинает играть. А это самое кошмарное нечто отрывисто хохочет и я вот-вот увижу его очертания, но никак не уловлю, и этот кошмар длится до утра.
Я просыпался измученным, чувствуя слабость, как после долгой лихорадки. Но последние несколько дней апатия меня понемногу покидала. Началось все с того, что в голове как-то нарисовалась связь — на завтрак и к ужину мне приносят стакан какой-то сладковатой белесой бурды, как суспензии, типа витамины. И отец следит, чтобы я в конце трапезы обязательно это пил, весь стакан. Ну и уже четвертый день я после завтрака и после ужина иду в ванную, как бы помыть руки, чистить зубы и всякое такое, короче, по нужде. И там хорошо прочищаю желудок, включив погромче воду, чтобы никто не услышал, как меня выворачивает над толчком. В результате жрать потом хочется безумно, нельзя же выблевать эту дрянь, а завтрак и ужин оставить, но мозги прочистились и все стало восприниматься несколько по другому. Но и кошмар ночью стал резче и дольше. Ничего, чуть отойду от этой гадости, и как совсем мозги встанут на место, можно придумать, как сбежать. Или еще что. Мне старик преподносит ситуацию, как спасение меня, малолетнего бандита, от тюрьмы. Типа, если узнают, что я виноват в том укусе, то посадят и все такое. Дома никаких кодексов и вообще книг, связанных с законодательством, я не нашел, тем более, искать было трудно. Отец устроил офис себе дома, в пиццерии не появлялся и практически целыми днями торчал в кабинете, а после обеда и до ужина уезжал к Кевину в клинику. В выходные же в клинику он отправлялся с самого утра и до вечера. Но бывало, что заезжал домой в непривычное время, внезапно. Да и мысли о решительных действиях меня посещать начали только после вынужденной анорексии. Такими темпами в фотомодель превращусь, хотя какая там фотомодель — вешалкой буду для тряпок. Хорошо, что отец не обращает вроде как внимания на мой внешний вид. Но все острое из санузла пропало, это я сразу заметил — пока не успел в первые дни одуреть от витаминчиков этих липовых, всякие мысли были. Поискал тогда бритву или хоть ножницы. Ничего не было, да и теперь не появилось.
От размышлений меня оторвал стук. В оконное стекло что-то ударилось, небольшой камешек или типа того. Отец сегодня уехал сразу после завтрака, и так и не возвращался, даже после ужина. Элейн вечером уехала, как и всегда. Батя, похоже, не волновался, что я сбегу или еще что — витаминчики сегодня мне выдавались и на обед, после отцовского звонка мне преподнесли стакан с ними под предлогом, что надо здоровье укреплять. Ну и сволочь отец, однако — перестраховался в стремлении превратить меня в овощ послушный, а мне голодать в Хэллоуин пришлось. У фасада поставлена крупная яркая табличка — Хозяева в отъезде, просьба не беспокоить! Ну и все, теперь никто не придет спросить — угостить или напугать.
Пока я переживал очередной голодный спазм в животе, в окошко снова стукнуло. Значит, мне не послышалось. Поднявшись с постели, я подошел к окну и, не задумываясь ни на секунду, распахнул створки. Что бы там ни было, это вряд ли хуже ночного кошмара, а любая отсрочка сна в моем состоянии — благо. Без белесой гадости мозги варили лучше, а вот нервы по утрам начали сдавать.
Вглядевшись в ночную темень, я смутно различил силуэт у края лужайки, кто-то махал руками, привлекая мое внимание. Я почти по пояс высунулся из окна, пытаясь рассмотреть ночного гостя и рискуя совершить короткий полет с жесткой посадкой с высоты третьего этажа, как фигура порылась в чем-то, видимо, сумке, висящей на боку или боковом кармане и вытащила оттуда фонарик. Включив свет, человек на лужайке сперва быстро осветил меня, стараясь не ослепить тонким лучом. Похоже, удостоверившись в моей личности, таинственный визитер направил свет и на свое лицо, и тут я реально чуть не выпал из окна, узнав Кими. Девушка опять махнула мне рукой, вопросительно показывая на дом. Отпереть входную дверь я не мог никак, старик запирал замок и забирал ключи с собой, ну и у Элейн был ключ, мою же связку отобрали после происшествия с братом. Оставался один вариант — я поднял ладонь, жестом прося ее подождать, а сам кинулся на второй этаж в комнату Кевина. Ветка дерева у окна была крепкой, я сам проверял, а уж тоненькая девушка полегче такого обормота, как я. Открыв окно комнаты брата, я покрепче придержал край ветки у окна и кивнул, приглашая ее залезать. На это дерево даже братишка лазил без проблем, очень уж удобно оно раскинуло ветви, как нарочно. Через пару минут меня уже обхватили тонкие руки девушки. Я помог ей перебраться в комнату и в ту же секунду крепко обнял, вдыхая легкий запах лесной свежести и яблок от ее волос. В этот самый момент я внезапно ощутил, как был одинок с того самого дня, и как же мне не хватало всего — и школы, и друзей, и больше всего — самой Кими, ее молчаливого присутствия рядом, тепла, поддержки. Меня как отгородили от всего мира стеной, за которой я был один на один с воспоминаниями и ночным кошмаром, и вот эта стена рухнула. Я рыдал, не стесняясь этих слез, зарываясь лицом в ее длинные волосы, крепко прижимаясь к ней всем телом и забыв про время, страх быть застигнутым отцом, стыд и тревогу за Кевина.
Когда слезы, хотя они казались нескончаемыми, иссякли, я стал чувствовать себя намного лучше. Хотя и душу рвало на части болью, но при этом там было и счастье от близости девушки, и вообще — я вновь чувствовал себя живым, а не безвольной куклой. Кими взволнованно рассматривала мое лицо, прикоснувшись рукой к пряди на лбу, потом ее пальцы легко скользнули по щеке, плечу, моим выступающим ребрам. Проследив взглядом за ее рукой, я заметил на кончиках пальцев что-то темное и перехватил руку девушки, поднеся ее ближе к глазам. В тусклом свете убывающей луны я заметил бурые подсохшие полосы… Кровь? На ее руке были царапины на пальцах и ладони. Девушка быстро помотала головой, призывая молчать, и потянула за руку из комнаты. Мы молчали, пока не добрались до моей скромной обители. Там же я, присев на кровать, включил ночник и внимательно осмотрел ее руки. Да, мне не показалось — пальцы были ободраны и в следах крови. Не принимая никаких возражений, я повел юную индианку в ванную, тем более, что и на моем этаже был санузел. Промыв ссадины, я полез в шкафчик за зеленкой. Стоявшая за моей спиной девушка вдруг протянула руку к какому-то яркому тюбику на верхней полке. Пока я доставал вату и смачивал скрученный тампон зеленкой, она читала надписи на нем. Взяв Кими за руку и начиная обрабатывать ссадины, я и не понял сперва вопроса, разглядывая свежие мозоли на девичьих руках.
— Тристан… Ты извини, а это чья краска? Ну, это же краска для волос?
Я кинул рассеянный взгляд на тюбик.
— Сам не знаю, может, от старых хозяев осталось. Давай-ка другую руку. Где это ты так расцарапалась?
Девушка отложила краску на край раковины и протянула и вторую ладонь.
— Я все тебе расскажу. Я так волновалась, что не успею… Слушай, может, покрасим тебя? Не знаю, какого она цвета, там только номер, без названия. Но будет же получше, как считаешь? Я пока нанесу краску на тебя, а потом расскажу.
Я выбросил в ведро зеленый комок ваты и присел на край ванны.
— Кими, а если отец… Ну, приедет. В комнате я тебя хоть спрятать могу попробовать, а тут негде.
Девушка решительно замотала головой, разметав косички по плечам. Черт возьми, как же я без нее был все это время…
— Нет, он до утра не вернется. Мне вчера приснился сон, точнее не сон, это было видение. И по дороге к тебе я видела его машину у пиццерии. В моем видении он не возвращался, а они хоть и редки, но сбываются. Не знаю, в чем дело, но тебе грозит опасность, что-то приближается. Тень. В моем видении над тобой и братом была тень и она уже близко. И — это тоже было в видении — завтра тебя увезут.
Тут я не смог промолчать, уж очень все было неожиданно.
— Ну уж нет, это ошибка. Отец говорил, что я уеду после Нового года, в Луизиану, в какую-то школу. И он не появляется с того дня у Фазбера. Это не может быть он.
— Видения не лгут, Тристан. Это точно была не Луизиана. Не южный штат. Там было много лесов. Но главное не это. Ты же знаешь, что твой отец кельт?
— Хм, я знаю, что у меня кельтское имя, но никогда не задумывался об этом.
Тем временем Кими, усадив меня на край ванны, споро наносила на меня краску из тюбика, разравнивая ее старой зубной щеткой, обнаруженной в том же шкафчике.
— Сиди спокойно. Непонятно пока, что за цвет, каштановый, что ли? Потом проявится, надо подержать. Думаю, полчаса хватит. По инструкции надо волосы накрыть чем-то…
Натянув на мою вымазанную краской голову облезлую шапочку для душа, девушка присела рядом со мной. Тут я обратил внимание на то, что ее костюм для Хэллоуина — похоже, это был индейский шаманский наряд — традиционный костюм из оленьей кожи, обвешанный амулетами из когтей и перьев и украшенный цветными вышивками и ярким бисером — выглядит измятым и испачкан землей на коленях. Я держал ее поцарапанные руки в своих. Ну что ж, настало время объяснений, что за видения и откуда кровь на руках. Голос Кими успокаивал, как шелест дождя или пение лесного ручейка.
— Ну так вот, ты знаешь, что такое Хэллоуин? Никогда не слышал про Самхейн? — я отрицательно мотнул головой и девушка продолжила. — Ну это не столь важно… Я не буду подробно объяснять видение, но имеет смысл то, что в тебе и твоем отце кельтская кровь, а сегодня как раз ночь Самхейна. Опасность близка. Дух вендиго крепнет, что-то пробуждает его.
Девушка порылась в широком кармане, нашитом на штанину брюк низко, на бедре. Она вытащила оттуда небольшой неровный камень с отверстием посредине. Камень, несмотря на неровности, был глянцево-черным, а в отверстие был продет кожаный длинный шнурок.
— Это часть священного камня силы инну. Точнее, часть того камня, что был в нашей семье и перешел ко мне от деда. Он же был шаманом. Я с утра была в лесу, искала подходящее место силы. Потом… Ну, неважно. Обряд нельзя описывать посторонним. Я отбила часть священного камня и сделала из него амулет. Ну и пока откалывала часть, да и дырку в нем нескоро получилось провертеть. Камень для амулетов считается мягким, но он камень… Боялась, что не смогу. Потом не помню, как, но духи леса, наверное, помогли. И вот, это теперь твой амулет. На нем моя кровь и силы всех духов природы.
Я осторожно взял у нее камень на шнурке и надел на шею. От него, казалось, исходило мягкое тепло и спокойствие.
— В школе думают, что вы уехали. До вчерашней ночи и я считала так же. Но… не рассказывай ничего, в видении было и то, что произошло в тот день. Ты не виноват, Тристан. Вендиго ждал свежей крови и он получил ее. Теперь вы все в опасности, дух пробужден и его просто так не успокоить. Я думаю, амулет сможет тебя уберечь. Ну, хоть немного… Я так боялась не успеть.
Я смотрел в взволнованные глаза девушки, чувствовал тепло ее бедра, прижатого к моему. Казалось, что биение моего сердца отдается мерным гулом в ушах и пульсацией по всему телу. Обняв Кими за талию и притянув еще ближе, я поцеловал девушку, забыв в этот момент о той боли, что терзала душу. Во всем мире не осталось ничего, кроме жадности моих губ, ощущения на моем теле рук девушки, что скользили по моим плечам и спине. Отрезвил меня момент, когда я довольно болезненно задел локтем край раковины, и это было весьма вовремя… В порыве этой подростковой несдержанности я успел затащить Кими себе на колени, из одежды на мне, кроме пижамных штанов, не было ровным счетом ничего, а девушку я прижал крепко. Блин! Я смущенно отстранился и пробормотал, что краску, похоже, пора смывать. Быстренько сдернув шапочку, я поспешно нырнул башкой в раковину и, словно случайно, пустил воду похолоднее. Зажмурив глаза, я терпеливо ждал, пока Кими отрегулирует воду и смоет краску, хотя сквозь шум воды услышал ее неразборчивое восклицание. Накинув на голову полотенце, я начал просушивать волосы, все еще не поворачиваясь лицом к девушке.
— Ну все, пошли пока в комнату.
Я старался говорить пободрее, вроде как холодная вода помогла остудить и мысли, и реакцию тела. Завернув кран и поправив полотенце, я последовал обратно к себе в комнату. Когда я стянул полотенце с подсохших волос, Кими тихонько ойкнула. Да в чем же дело, черт возьми! Я резко распахнул дверцу шкафа с зеркалом. Ну что ж, отца ждет сюрприз… Я был пурпурным. Не фиолетовым, не красным, не розовым — ровный неяркий пурпурный цвет скрыл поседевшую прядь и теперь все волосы были одинаковы. А что, неплохо — я повертел головой и взлохматил небрежно уже вполне обросшую шевелюру.
— Я что, стал такой страшный? По моему, весьма неплохо вышло. Там осталась еще краска? Захвачу с собой в Луизиану. И пофиг, что отец скажет. Если вообще заметит…
Девушка тихонько хихикнула.
— Ну, тебе в самом деле идет. Похож на рок-звезду. Тристан… можно я останусь до утра?
Ответом был мой тихий шепот.
— Да… останься. Останься со мной.
Я погасил ночник и лег на кровать, а Кими прижалась ко мне, крепко обняв. Мне было уже все равно, узнает ли отец, что будет дальше. Это точно была одна из самых счастливых ночей за всю мою жизнь. Нет, ничего такого между нами не было — мы просто уснули рядом, обняв друг друга. Закрыв глаза и чувствуя приближение сна, я ощущал тепло ее тела, легкую щекотку от длинных кос на плечах. И это была первая ночь без кошмаров.


текст 7 (про Федотыча и глобальное потепление) - удалён

текст 10 (про кочевников и скарабея):

Южная ночь, горячая и сухая, как лоб больного лихорадкой, раскинула свой душный купол над бескрайней пустыней. От горизонта до горизонта - чернота... Лишь маленький лагерь кочевников - Скитальцев Пустыни - отгородился от стены мрака красным заревом караульных костров, приткнувшись боком к небольшому оазису - источнику пищи и воды.

Тихо в эти предутренние часы: угомонились, поделив наконец добычу, сторожевые псы, поджарые и злые, как и их хозяева. Да и сами сторожа-караульные спят глубоким сном после вчерашней попойки - виданное ли дело, впервые клан Песчаной Гиены готов объединиться с кланом Дикого Колючника, самым свирепым и безжалостным среди южных кочевников. А это означает лучшую добычу, конец полуголодным временам, достаток, процветание! Конечно, цену за союз придется заплатить немалую, но, если подумать, то за право есть досыта цена не так уж велика.

Пола одного из шатров, стоявших на окраине, слегка приподнялась, пропуская невысокую и гибкую фигурку, закутанную в просторные одежды. Бесшумной тенью она скользнула мимо спящих часовых, направляясь к краю оазиса, где, спутанные, спали лошади Скитальцев - низенькие, крепконогие, привычные к долгим переходам через пески. Угомонив одну из них, фыркнувшую от внезапного пробуждения и явно радующуюся приходу хозяйки, беглянка сняла с животного путы и надежно прикрепила к седлу дорожные сумки - от скромных припасов, содержащихся в них, будет зависеть ее жизнь в ближайшие пару недель.

Вскочив в седло, она твердой рукой направила лошадь прочь от лагеря, в ночную черноту...

Чуть раньше, тем же вечером.

- Матушка Макут, подскажи, как мне быть, покажи мне будущее мое в своем волшебном котле, я же знаю, ты можешь, - темные, почти черные глаза девушки смотрели умоляюще на древнюю старуху, пристраивавшую связки каких-то растений возле костра на просушку и что-то бормочущую себе под нос при этом. Большинство Скитальцев с опаской относилось к "старой ведьме Макут", однако тут же бежали к ней, приключись с ними какая хворь или ранение - на охоте или в стычке с другими бедуинами. Большинство, но не Рин-Дира. С детства девочка была частой гостьей в шатре у старухи, чувствуя, что, несмотря на сварливый и вредный характер, знахарка относится к ней с симпатией, почему-то выделяя среди прочих детей. Вот и теперь она прибежала к бабке со своей бедой, желая найти избавление от мучивших ее сомнений.

- Стало быть, замуж тебя выдают? За вождя Келсаха? Келсаха из рода Дикого Колючника? - древние глаза знахарки смотрели остро и чуть насмешливо, в них не было и тени старческого слабоумия.

Девушка молча кивнула.

- Ну и сама-то ты как думаешь, что тебя ждет в шатре с остальными его десятью женами? Ты для него - вещь, разменная монета, закрепляющая выгодную сделку. Не ждет тебя ни любви, ни счастья, коль пойдешь за него - и в котел смотреть не надо. Мой тебе совет - собирай вещички и уезжай отсюда, - глаза знахарки слегка затуманились, она была в плену своих видений, - не здесь твоя судьба, а лежит твой путь через моря-океаны, за тридевять земель, в город из Белого Камня. Коль одюжишь все - обретешь свое счастье и истинную любовь, ну а коль с пути собьешься - то и не жить тебе...

Рину аж дрожь пробрала от этих слов, знала она, что видения старухи - вещие, на пустом месте не бывают. И все же, решилась возразить:

- Но а как же племя мое, мой отец? Разве могу я ослушаться, подвести его и остальных?

- Чужая ты здесь. Пришлая, - голос старухи стал глух и печален, - не наших ты кровей, девочка. Подобрали тебя в раннем детстве среди Дикой Пустоши, а кто родители твои - то неведомо даже мне, завеса Песков не дает мне разгадать эту тайну.

Девушка замерла и боялась вздохнуть. Она чувствовала, что с ней что-то не так, порой ловила на себе косые взгляды... Но и представить не могла себе такой правды.

- Одежу-то твою детскую давно сожгли, но одну вещицу, что была при тебе, я сберегла. Быть может, она со временем поможет тебе найти ответы, - с этими словами старуха удалилась в глубины шатра и начала рыться в каких-то котомках, кучей сваленных в дальнем углу.

- Вот, - протянула она девушке подвеску на простой металлической цепочке, - эта штука была на тебе, когда тебя подобрали...

Рина бережно взяла подвеску и начала рассматривать: на первый взгляд, ничего особенного. Обычная поделка из нефрита, священный скарабей-охранитель, традиционный оберег жителей южных пустынь, как людей, так и троллей. И все же эта вещь, возможно, хранила тайны ее прошлого, была ключом к нему. Девушка надела амулет на шею и почувствовала странное щекочущее тепло, исходящее от фигурки жука.

Молча обняла старую женщину, зная, что прощается с ней навсегда, и, не оглядываясь более, быстрым решительным шагом направилась к выходу...

Два дня спустя.

Рина держалась из последних сил. К вечеру второго дня непрерывная гонка через пески доконала даже эту привычную к странствиям и лишениям девушку. Беда в том, что ее преследователи были не менее привычны к подобным неудобствам... Кто за ней гнался - свои ли, желающие догнать и покарать беглянку, или обозленный вождь Дикого Колючника устроил погоню, не желая выпускать из рук "добычу" - она не знала. В первый же день она увидела своих преследователей - черные точки на горизонте, хорошо различимые на белом покрывале песка, и не стала выяснять, кто именно гонится за ней.

Она бежала и бежала вперед, не оглядываясь, зная, что давным-давно сбилась с пути, не уверенная, что сумеет вновь найти выход к караванной тропе - но считая смерть в пустыне все же лучшей участью, чем рабство. Впереди раскинулись отвесные скалы, преграждая дорогу. Горная гряда тянулась с запада на восток, от горизонта до горизонта, и прохода меж ними никакого не наблюдалось. Рина устало вздохнула. Смеркалось, и девушка решила устроить небольшую, не больше, чем на полчаса-час, передышку, а заодно обдумать, как ей быть дальше и в каком направлении двигаться теперь.

Спешившись у ближайшей скалы, она сбросила на землю изрядно полегчавший мешок с припасами и ласково погладила свою усталую лошадь, которой досталось не меньше, чем хозяйке. "Держись, Красотка, где наша не пропадала", - порывшись в мешке, девушка извлекла из него горсть изюма и протянула лошадке, с радостью слизнувшей угощение с руки.

Меж тем, быстро темнело - слишком быстро, на самом-то деле. Посмотрев вверх, Рина увидела черные тучи с багровыми отблесками, затянувшие небо.

"Во имя всех духов Пустыни, это еще что такое?"

Рина была в недоумении. На песчаную бурю это не было похоже, и все же само небо излучало опасность, вызывая желание бежать без оглядки, чтобы затем забиться в нору, как испуганный зверек...

Налетевший порыв ветра бросил в лицо девушки горсть раскаленного песка. И впрямь не мешало подумать об укрытии. Заметив среди скал небольшую расщелину, подобие пещеры, прикрытое скалами сверху и с боков, девушка подхватила сумку и направилась в ту сторону, ведя в поводу свою лошадь. С трудом разместившись в расщелине вместе со своей кобылкой, Рина приготовилась к долгому ожиданию. "Может, хоть эта загадочная буря остановит моих преследователей".

Между тем, ветер становился все сильнее, сипя и завывая на разные голоса. Через вход в расщелину девушка могла видеть, как уже целые стены песка несет поднявшаяся буря, и мало того, к разбушевавшейся снаружи стихии прибавилось еще одно. Земля под ногами девушки вздрогнула и заходила ходуном так, что Рина с трудом удержала равновесие. Лошадь фыркнула в испуге, ее била мелкая дрожь, и Рине пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать ее, не дать убежать и сгинуть в урагане.

А снаружи... Снаружи теперь бушевало пламя, и за этим пламенем несся дикий, невероятный, сверхъестественный рев ярости и ужаса! Рина упала на колени и обхватила голову руками, не желая ни видеть, ни слышать более ничего. Стены ее временного убежища ходили ходуном, сверху сыпались какие-то мелкие камушки и обломки покрупнее, лишь каким-то чудом не поранив ни Рину, ни ее лошадь.

Наконец, все стихло. После грохота и шума тишина стояла такая, что звенело в ушах. Рина медленно приподнялась с колен и отряхнула с одежды каменную крошку. Хвала духам, ее укрытие уцелело, пережив неведомый катаклизм. Как там Красотка? Цела, хоть и сильно испугана, бедняга.

Все еще с опаской девушка выглянула из укрытия, да так и застыла с отвисшей челюстью.

Скалы неподалеку больше не было. Вместо нее открылся вход - массивные ворота в несколько ростов высотой, распахнутые настежь и ведущие внутрь какого-то загадочного и, несомненно, очень древнего строения.

Пронзительный свист и громкие крики заставили девушку обернуться и похолодеть от ужаса. Должно быть, ее преследователи тоже нашли себе какое-то укрытие и теперь были совсем рядом, разойдясь полукругом, отрезая путь к бегству.

Ни о чем не думая, даже не размышляя, повинуясь слепому инстинкту, Рина кинулась бежать... прямо в открывшиеся ворота! Едва не споткнувшись о вздыбившуюся каменную плиту, девушка вбежала под высокий мрачный свод. Ее шаги отдавались гулким эхом от потолка огромного вестибюля. Как ни была напугана Рина, она успела краем взгляда заметить гигантские каменные фигуры с головами шакалов, столбами застывшие у стен, а впереди... впереди открывался вход в еще один зал, и оттуда исходило слабое серебристое свечение, доносилось тихое монотонное гудение. Рина на секунду застыла. Впереди - неведомая опасность, позади - взбешенные соплеменники, может, удастся все же с ними договориться, убедить проявить милосердие, все же она жила с ними столько лет бок-о-бок, делила кров и пищу. Почти решившись, Рина развернулась лицом к настигающей ее погоне... да так и замерла в немом ужасе.

Фигуры, стоявшие по бокам вестибюля, ожили, и теперь медленно, но верно окружали маленький отряд ее преследователей, страшные и неумолимые в своем упорстве. Один из каменных великанов прошел мимо Рины, как мимо пустого места, не замечая ее. Лишь на груди что-то кольнуло, подобно искорке - скарабей!

Послышались дикие крики ужаса, лязг оружия о камень, топот гигантских ног, хлопанье гигантских рук... Рина закрыла глаза, чтобы не видеть происходящее. Наконец, все стихло. Гулкие шаги - хранители вновь заняли свои позиции. Стараясь не смотреть на кровавое месиво на полу, Рина бочком проскользнула к выходу...

Спустя какие-то минуты, лошадь уже несла ее вперед, на северо-восток, подальше от этого жуткого места...
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Неокосмизм - в народные массы!

Сообщение Parf » Чт сен 01, 2016 1:07 pm

Тренировочные тексты - про реальный мир:

текст 4 (про людей с психологическими проблемами):

Поздним вечером дом спал, из всех звуков слышался только легкий шелест листвы деревьев за окном и легкое пощелкивание клавиш ноутбука. Мягкий свет экрана освещал задумчивое и немного напряженное лицо молоденькой девушки, ищущей в списке контактов нужное имя. Да, контакт онлайн. Таким поздним вечером этого могло бы и не быть. Пальцы быстро прошелестели по клавиатуре.
- Привет. Ты не спишь? Уже поздно. Как ты сегодня? Вчера показалось, что сильно устал, по той теме, о философии, помнишь? Или у вас такое задают?
- Здравствуй. Нет, я не спал, думал. Хоть и поздно, но зато никто не отвлечет, все спят. Со мной все нормально, выкарабкаюсь. Если ты о депрессии, нет, я в нее не впал, просто вчера задумался о мироустройстве. Натолкнулся в библиотеке на одно упоминание, надо поискать и проверить, а мысли вылились в ту тему.
- Какую? Ты упоминал, что заинтересовался всякими древними концепциями, после того, как нащупал выход. Выход из твоей ситуации. Дим, это то, про что ты сказал… что оно всегда сможет помочь и мне? Всем нам?
- Да. Но я пока не уверен, все слишком мимолетно, надо нащупать зацепку. Лучше расскажи, как у тебя дела.
- Ну, все почти нормально. Она уехала сегодня, на каникулы, отчим оплатил путевку. А я смогу спокойно побыть одна, подумать… с форума не буду уходить, не бойся, даже если все наладится. Все, извини, мне пора. Отчим пришел, я уже должна была спать. До завтра, если сможешь.
Резко захлопнув крышку ноута, девушка прислушалась к звуку захлопываемой входной двери. На часах уже половина второго, отчим только приехал – отвозил Розу в аэропорт, видимо рейс задержали. Засунув ноутбук под подушку, девушка легла лицом к стене и притихла. Если обнаружится, что она не спит, отчим станет расспрашивать, он-то хороший, не злой, и понятия не имеет, что его дочь, Роза, специально уже несколько лет доводит сводную сестру, доводит жестоко, с тех самых пор, как ее мать умерла. Доводит до мыслей о самоубийстве. И в школе, и дома. Распускает сплетни, портит вещи, это самое простое, с чего все начиналось. Теперь же и портит отношения со всеми, подставляет в школе, и ведь никто не поверит этому. Роза отличница, умница, у нее много друзей – хотя большая их часть это бывшие ее друзья, друзья Кристины.
Пару месяцев назад, когда Роза смогла разлучить ее с последней и самой лучшей подругой, просто пользуясь перепиской в соцсетях, скомпоновав часть ее и выложив на публику, Кристина начала всерьез подумывать о самоубийстве. И нашла сайт группы психологов с экспериментальным проектом – под названием – Остановись и подумай! Там работали дистанционно и бесплатно с такими, как она – подростками и молодежью, которые подумывали о самоубийстве или как некоторые с форума при проекте, уже пытались его совершить. Там она и познакомилась с парнем, ее ровесником, Димой. Он тоже был в числе тех, кто только задумывался о том, чтобы свести счеты с жизнью. Историями своими на проекте ребята подробно не делились, как-то не принято там было выспрашивать, да и психологи-кураторы предпочитали индивидуальную терапию вести не в открытых разделах. Открыто обсуждались разные отвлеченные темы и групповые беседы – разделы с ограниченным доступом, который администраторы проекта открывали для ребят со схожими проблемами и примерно в одно время пришедших на форум. В ее группе оказался Дима, а еще Рита, Тим, Макс и Света. Так вышло, что с Димой они как-то сразу подружились, несмотря на то, что он редко что-то рассказывал остальным о себе. Да и девушка чувствовала схожесть их ситуаций – ей придется терпеть жизнь бок о бок с Розой как минимум еще пару-тройку лет, а Дима упоминал как-то раз, что тоже не имеет возможности изменить свою ситуацию. Примерно недели три, как они начали переписываться вне форума, вначале затрагивая только темы учебы, оказалось, что они планируют поступать в один и тот же ВУЗ, но Дима собирался учиться заочно, а Кристина на очном отделении. Затем выяснилось, что совпали во многом и вкусы в музыке, отношение к прочитанным книгам, вот только на фильмах не получилось сойтись – в отличие от Кристины, ее новый друг мало смотрел кино. Переписывались они отрывочно, Кристина скрывала от сестры то, что нашла в Интернете общение и поддержку, ну а Дима несколько раз упоминал, что особые обстоятельства могут помешать ему выйти в сеть. Совсем недавно он обмолвился, что, изучая книги по истории, встретил упоминавшуюся вскользь вещь, которая могла помочь и ему, и Кристине, если их ситуации зайдут снова в тупик. На расспросы был только уклончивый ответ, что это все пока домыслы и предположения, и вообще это ненаучно. Кристине на то, научный ли выход, было все равно, лишь бы у нее появилась уверенность, что издевательства и травлю можно прекратить. За всего четыре года у нее не осталось ни друзей, ни какой-то личной жизни – даже сетевые дневники взламывались рано или поздно. Стоило принарядиться и накрасится – все, добрая сестренка найдет способ, чтобы к концу дня вещи были испорчены, а макияж размыт слезами. И ведь никто не поверит, если попробовать рассказать, пару лет назад в школе она пыталась открыть правду – результат был обратный. Роза и там успела намеками создать впечатление, что сводная сестра специально ее обвиняет во всем, из зависти и ревности. Вот и сейчас, отчим хотел отправить их вместе на каникулы отдыхать, но пришлось отказаться, и при этом Роза еще и вышла обиженной. Пришлось врать про сильную боязнь самолетов. Теперь отчим будет беспокоиться и рекомендовать сходить к психологу, а Роза картинно сокрушалась перед отъездом и даже делала вид, что готова остаться и не ездить одна, ради любимой сестры.
Шаги отчима прошелестели в направлении кухни, и Кристина с тихим протяжным свистом вздохнула. Чувство одиночества вновь накрыло ее, с тех пор, как умерла мать, ощущение того, что она одна в целом мире никогда полностью ее не покидало. Из уголков зажмуренных глаз показались первые слезы, но день был долгим, а время слишком поздним, и девушка, всхлипнув, уснула, крепко обняв руками под подушкой ноутбук.


Далеко от комнаты, где Кристина погружалась в сон, перед стареньким компьютером сидел совершенно непохожий на нее молодой человек. Его худые гибкие пальцы быстро бегали по клавишам, глаза скользили по строчкам на мониторе, временами поглядывая на выведенный на экран счетчик трафика – если случится перерасход, до следующего месяца связи не будет, а надо и на форум заглядывать, и найти информацию, в совершенно разных областях, не оставлять Кристину, а еще и не запускать учебу. Под дверь его маленькой комнаты, где помещались лишь стол со стареньким ноутом, невысокая книжная полка, комод и кровать с двумя поручнями, было проложено старое свернутое полотенце, чтобы из коридора не был заметен свет. Пальцы резко замедляют свой разбег на клавиатуре, глаза выискивают нужные строчки. Неужели нашел?! Скорее, скорее успеть запомнить, пока трафик не выбран весь. Быстрее, быстрее… да, эта ночь будет долгой. Уже под утро дверь за спиной тихо скрипнула. Трое вошедших недобро ухмылялись, запах пота от одежды был резким, а движения расслабленными и уверенными. Отговориться не получится.… Самое время проверить, сработает ли то, что он нашел. Руки крепко обхватили ноут, он зажмурился, резко сжал в кармане ампулу с инсулином, порезавшись до крови, и, взмахнув окровавленной, рассыпающей алые капли, ладонью в сторону стены, прошептал несколько слов.




Николай Анатольевич мрачно взглянул на своего собеседника, сидящего напротив. Видно было, что ему был неприятен разговор, но что поделаешь…
- Саня, сколько лет ты меня знаешь? И сколько работали вместе, да и про мой контингент… Короче, я вот зачем тебя позвал.
Пожевав губами, пожилой начальник колонии оглянулся на дверь, потянулся за стаканом, и, отпив воды, продолжил – Короче, Сань… беда у меня тут. Сам видишь – и охрану подняли, да и вообще… Помнишь я тебе рассказывал, Надин племянник ко мне попал, со своей бедой? Хоть Надюшка моя покойница уже, но я по старой памяти следил и знал, как у них вышло там, вот мальчишку и взял сюда, попросил там, подсуетился. А парня избили крепко, плюс диабетик он, на уколах. Покалечили как-то, и он неходячий стал. А куда ж я его, не в больницу же сдавать. Я и устроил отдельно. Каморку выделил, подогнал ему ноут старый для учебы, чтоб не запускал, какой-то Интернет простенький с карты сделал. Ну а те ребятки блатные, конечно, его припомнили, зуб на него точили.
Сидящий напротив опер молча слушал несколько путаную исповедь Николая Анатольевича. Анатольич и среди коллег, и среди контингента слыл понимающим мужиком, спокойным и деловитым. Сейчас же он выглядел старше своих лет, потухший взгляд и иногда трясущиеся руки выдавали бессонную ночь и изрядное количество выпитого накануне вечером. Сжав переплетенные пальцы покрепче, чтобы унять дрожь, Николай Анатольевич продолжил – Ну так примерно дело было – вчера на построении утром хватились троих, самых борзых. Охрану подняли, то да сё. А ребята как провалились сквозь землю, засранцы проклятые, и следов побега никаких. А через пару часов я послал проверить, как там Димка, племяш-то. А в комнате замок вскрыт и пусто. Ноут разбитый у стола валяется, а парня нет. Вещи не пропали, так и коляски нету его. Обыскали всю территорию, с собаками – и он, и та троица, как в воду канули, ни тела, ни вещей из тех, что на нем были. Собака след поганцев этих до Димкиной двери взяла, а дальше пусто. А его след совсем не берет, крутится у стола. Только на полу и стене капли крови есть, но немного, может, руку порезал чем, там и стекло от его лекарства, от ампулы. Никак не оттого, что зарезали, кровь, а вот стекло в крови малость. Вот можешь не верить, а я сам все осмотрел, и ничего. Совсем.
Анатольич нервно сглотнул, пододвинул пепельницу ближе к себе и достал из кармана ветровки смятую пачку сигарет. Его собеседник молча ждал продолжения, просто так не стал бы волноваться его друг и наставник, много повидавший. Что-то его встревожило.
- Понимаешь… Сам он не мог уйти на ногах, унесли бы – остались бы следы по любому. Дианку, самую лучшую собаку привели. А она… - Николай Анатольевич резко затушил сигарету о край пепельницы и посмотрел в глаза сидящему напротив. – Она покрутилась, села вдруг у стены и завыла. Протяжно так, как на покойника, а потом опять за хвостом покрутилась, глянула на стену и уши поджала. Присела на лапах и рычит. Увели мы собаку, стену простучали даже, а что там – стена и все. И ничего, никаких зацепок. А другие собаки и к двери не подошли даже, воют и убегают. Не по себе мне, Санек…
Александр внимательно слушал, жалея старика и попутно обдумывая, что же такого могло произойти. Николай Анатольевич в свое время посвятил его в историю, что случилась в семье младшей сестры Наденьки, покойной ныне супруги Анатольича. Лида вышла замуж рано и уехала с мужем в Москву из небольшого провинциального городка, дальше закрутилось – бизнес, деньги. Родился сын, Дима, умный и способный мальчик, подрастала дочка Лиза, смешливая кудрявая девчушка. Примерно год назад в семью пришла беда, внезапно и всерьез – заболел Алексей, Лидин муж. Об этом знала только сама Лида и близкий друг Алексея, а заодно и совладелец фирмы, Виктор. Горькую правду скрывали ото всех, в первую очередь по причине самого недуга – болезнь была психическая, Алексей временами стал резок и раздражителен, мог ударить без причины жену, накричать на собеседника, раздражался по любому поводу. Консультации психолога уже не помогали, а обращаться к психиатрам сама Лида побаивалась, могли пойти слухи, сплетни, что владелец большой сети супермаркетов не в своем уме, узнают деловые партнеры, конкуренты. И правду успешно скрывали, до того самого дня, когда у больного случился сильный приступ. Лизочка была на прогулке с няней, Дима в школе. Алексей плохо себя почувствовал и пришел домой около полудня, жены дома не было, но на столе в прихожей в вазе стоял букет роз, свежих и одуряющее пахнущих. Неизвестно, что в этот момент произошло у больного в голове, но розы из собственного зимнего сада он принял за подарок Лиде, подарок, разумеется, от любовника. К тому моменту, когда веселая и раскрасневшаяся Лидочка поднялась на крыльцо и достала связку ключей, за дверью уже стояла ее смерть. Муж вооружился молотком и поджидал коварную изменницу уже больше часа. Неизвестно, что могло произойти, если бы няня с девочкой вернулись пораньше, но вначале пришла Лидия, и именно на нее обрушился первый удар.


текст 5 (про семейную жизнь) - удален.

текст 6 (про политику) - удален
текст 8 (про мальчика-токсикомана) - удален

текст 9 (про поволжского немца):

Завтра... Уже завтра я встречусь с тобой. Готовлюсь, как на свидание. Почему-то нашу встречу называют прощанием. Прощаться я не умею. А вот встречу продумываю в мельчайших подробностях. Совсем не хочется надевать чёрное. За время твоей болезни я изгнала чёрное из своей жизни. Расхаживала в синем. В цвете моего василькового детства. Помнишь, как мама плела нам венки из васильков, когда ты вывозил нас в горы? Меня, Марину и Андрюшу. Нет. Марину, меня и Андрюшу. Так точнее. По возрасту. Также по порядку, «по росту», выстраивались на наших головах васильковые венки, один другого меньше, образуя собой своеобразную шапку...

Вообще-то, это были не горы, а холмы, но мы гордо называли их горами. Васильки росли у подножия Синей горы. Тогда-то я для себя и придумала, что гору назвали Синей из-за васильков. А как на самом деле, не знаю. Надо спросить Андрюшу. А может быть, не спрашивать? Так и продолжать пребывать в придуманном мной мире, похожем на реальность больше самой реальности?..

Я до сих пор не реализовала, что тебя нет, хотя меня уверяют, что завтра мы будем прощаться с тобой. А я иду на встречу! И не хочу надевать чёрное, хотя тебе бы это понравилось. Ты всегда очень хотел, чтобы я подчинялась традициям. Помнишь свои лейтмотивные восклицания, обращённые ко мне: «Когда ты станешь как все?» А я так же лейтмотивно отвечала: «Как кто, конкретно? Все такие разные...» Просто ты не хотел, чтобы я страдала, как страдал ты – сын врага народа, поволжский немец. Ты ещё мечтал, что я выйду замуж за русского, сменю фамилию и... стану «как все». Помнишь мой саркастический вопрос: «А что я буду делать с отчеством Карловна?» «Сменишь на Карповна» - был твой ответ. Сначала я захлебнулась от возмущения, потом вышла замуж за русского и... не сменила фамилию.

Карловной меня называли только студенты музыкального училища. В театре отчества не признавали. А теперь, твоей лёгкой рукой возвращённая на родину предков, обретшая отчизну, я потеряла отчество. Забавно. А как хотелось бы ещё раз покрасоваться в этом гордом и несгибаемом отчестве (или отечестве?) «Карловна»! Но чаще всего рядом с тобой я чувствовала себя Буратиной. Помнишь, как я покупала для тебя с мамой свиные рёбрышки в русском магазине? На вопрос продавщицы: «Сколько?» я ответила: «Три рёбрышка». У продавщицы брови полезли на лоб. А ты, уже ослабевший, с улыбкой мудрого папы Карло поправил буратинную меня: «Три полоски». Тебя очень позабавили эти мои «три корочки хлеба». Моя извечная непрактичность совсем не злила тебя. Может быть, ты её даже любил. Помнишь тобой сочинённые для меня строки:

Ну а Таня, дочь вторая,
И характером другая:
«В магазин я не пойду,
Лучше Баха повторю»...

А я правда очень не любила все эти магазины! И сейчас не люблю. Наверное, потому, что в них нельзя купить три корочки хлеба. Или можно? Но тогда у продавщицы брови поползут вверх...


текст 11 (про девочек легкого поведения):

Все дурачье пошло на «Автокад», а умные люди (вроде нас с Анькой) отправились гулять на Невский.
Было жутко холодно. Да это и естественно – как-никак конец февраля. Мерзли руки без перчаток. У Аньки перчаток не было, а у меня в сумке болталась одна, но я из солидарности ее не одевала. С неба сыпалось что-то мерзкое и мокрое, лишь отдаленно напоминающее снег. Дул холодный ветер.
- Эх, нам бы сейчас спонсора! – мечтательно вздохнула Анька, ежась и подпрыгивая на месте от холода, пряча руки в рукава короткого коричневого пальто, доставшегося ей в наследство от бабушки.
- Это точно, спонсор бы хороший не помешал, - сказала я, глядя в серое небо и стуча зубами.
- Жрать хочется, с утра не жрала!
- А я со вчерашнего вечера…- мрачно пробурчала я, машинально перебирая в кармане несколько смятых рублей, оставшихся от стипендии.
- Нам бы такого, чтобы только свел в кафе и все! – наивно улыбнулась Анька и по ее голодным глазам я поняла ее материальное состояние в данный момент.
- Да-а-а? Ха! Разбежалась! Где ты такого сейчас возьмешь?
- Не знаю…
Так мы брели по Невскому по направлению к Московскому вокзалу, рассуждая о жизни и бросая с надеждой взгляды по сторонам. Временами Анька, более наблюдательная в определенных случаях, чем я, говорила не без зависти:
- Ишь, две мочалки, какого отхватили! Представь, с каким кошельком!
Или:
- А эта, смотри, с иностранцем. Хорошенький!...
Я молчала. Мне было холодно, голодно и лениво. К тому же по случаю четверга мне надо было на работу и я с тоской думала, что уже шестой час вечера, а ближайшая жрачка намечается теперь только после работы. Плююсь еще должен был вечером позвонить один человек, а точнее, Макс. Я с ним сравнительно недавно познакомилась и не хотела бы так рано его упустить, ибо он был человек перспективный в смысле кошелька, холодильника и радиофизической специальности, а главное – терпеливый (до сих пор с ужасом вспоминаю то логово, которое я сделала из его комнаты в первое мое там появление – вишневые косточки и полураздавленные ягоды на простыне и кроваво-красные липкие, сладкие лужи на покрывале и на полу…бр-р-р!) И, к тому же… Бац! На меня налетела на всей скорости какая-то слониха и сбила меня с мысли. И с ног. Анька поддержала меня, мы отошли в сторону, к афише кинотеатра.
Мимо проходили стадом какие-то школьники. Замыкали шествие какие-то девчонки, и у одной из них была длинная, тонкая коса до задницы! Анька не удержалась, подбежала и дернула за этот крысиный хвостик. Девчонка обернулась, испуганно взглянула на Аньку и что-то быстро и возмущенно залопотала своим подружкам. Анька вернулась ко мне с сознанием выполненного долга. Я пожала плечами. «Не понимаю. Что за детство. Фи! Приставать к каким-то малолеткам, когда хочется кушать. Не понимаю», - думала я. – «Надо хоть посмотреть, что в этом кино идет».
На ближайшей афише был изображен мужик в маске и с пистолетом. Я задумчиво глядела на него. Вдруг Анька издала радостный вопль:
- О! Смотри! «Банда лесбиянок»!
-Где?! Где?!
- Да нет, фильм! «Банда лесбиянок»! И это то, что нам с тобой надо! Всю свою жизнь я мечтала посмотреть такой фильм! Давай сходим! Ну это же про лесбиянок! Про настоящих!
Она орала на весь Невский, аж люди оборачивались. Стоит ли говорить, что мне стало не слишком-то удобно. Я даже зажмурилась от стыда. Еще подумают, что мы это…того. Тогда жди-дожидайся спонсора! Я уж хотела крикнуть ей, чтоб она заткнулась, как вдруг…
-А вам не рано ли на такой фильм? – поинтересовались сзади.
Мы резко обернулись. Сзади стоял Он. Спонсор, конечно. В джинсах-варенках и красивой зеленой куртке. Пухленький! Черненький! Но он был один. Без друга…
- Нет, не рано! – пискнула Анька, улыбаясь до ушей, - Мы уже большие!
Он с добродушной улыбкой покачал головой и отошел посмотреть соседнюю афишу. Анька со всей силы толкнула меня локтем в бок:
- О! То, что надо! Пойдем с ним в кино?
Но на меня напал вдруг приступ сильнейшего торможения. Во-первых, с чего она взяла, что он хочет сводить нас в кино? Во-вторых, он один. В-третьих, я вспомнила про работу. В-четвертых, про Максима. В-пятых (и в-последних), я вообще не фанат кинотеатров.
Все эти пять тезисов объединились в один крик души:
- Нет, в кино я не пойду!!! Но вот если только покушать куда-нибудь…
- Сначала покушаем, а потом в кино. Идем?
- Мне некогда в кино. У меня работа.
- Работа подождет. Помнишь, что твой Валера говорил? «Работа не кое-что, постоит».
- Он не говорил «кое-что». Он всегда называл вещи своими именами.
- Тем более. Ну ничего страшного, что работа. Пойдем!
- Ой, елки! Ну неохота же! У-у-у! – взвыла я. Честно говоря, я ну никак не ожидала от Аньки такой прыти. Мы будто бы поменялись ролями. Не она ли мне не более чем неделю назад укоризненно говорила: «Фу! За деньги! За шоколадки! Фу! Должна быть любовь!» И что с ней случилось? Вот до чего голод и холод доводят человека. Ведь на самом деле, надо признаться, весь этот поход на Невский – исключительно ее инициатива. Я ни в коей мере себя не оправдываю, так оно и было. У меня, может, сегодня.. как бы это выразиться… «важный», если перевести на английский, день. Ну не хочется мне, неужели не ясно? Не хочется. И все. Но все-таки Анька моя подруга и вообще, хороший человек. Я вздохнула.
- Ладно. Но только при условии, что ты сама его позовешь, - согласилась я со слабой надеждой на лучшее будущее.
-Нет, вместе!
- Нет, ты одна!
- Ну хорошо, я одна! Но ты потом пойдешь в кино.
- Не знаю…- ко мне вернулось торможение.
- Нет, пойдешь! – тоном, не терпящим возражений, сказала Анька.
- Но…
- Нет, ты пойдешь, иначе…
- Ладно!
Анька готова была обидеться. Это так на нее не похоже! Что ж, хорошо, я пойду с ней, иначе она обидится всерьез и будет считать меня чем-то вроде Маши Терентьевой или (не дай бог, тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо, тук-тук-тук по дереву) вроде Ярослава. Можно один раз работу пропустить, тем более, что конец месяца и все, кому надо, талоны уже получили.
Естественно, я пойду только в кафе, ни в кино, ни домой к нему. Нет-нет, только не это. С черным, пф-ф! И вообще, я сегодня после кафе никуда не пойду. Настроение не то. Но, все-таки, работа… Хотя валера так точно выразился, сравнив работу с … Несравненные вещи! Бедный Валера! Мне стало совсем грустно. Знал бы Валера, чем я тут без него занимаюсь… Но вдруг Анька прервала мои рассуждения, будто бы заглянув в мои мысли, она вздохнула:
- Эх, видели бы меня здесь Володя, Леша из моего города! Они бы не поверили.
Я хмыкнула. Анька заявила:
- Ну что, я иду?
- Куда?
- К нему, звать в кафе.
- Иди. Я тут подожду.
Я обернулась к афише, но спонсора не увидела. Ушел? Неужели?! О! У! Ух! Гад!
Я, как галчонок в гнезде, начала судорожно вертеть головой в разные стороны. И… Он стоял совсем рядом с нами. Смотрел на нас и улыбался. Естественно, он слышал все наши разборки и пререкания, видел, как мы пихали друг друга локтями, хихикали и спорили. Мне стало стыдно. Аньке тоже. Но отступать было некуда.
Анька смело подошла к спонсору и, мило переминаясь с ноги на ногу, глядя наивными ясными глазами в его глаза и улыбаясь улыбкой невинного ангелочка, громко пропищала:
- А вы нас не сведете в кино?
Мне чуть дурно не стало. Мама миа, папа римский! Во дает! Конечно, существует по сей день пословица «взять быка за рога», но это, пардоньте, не бык, да и нельзя же так начинать знакомства.
Все. Меня здесь нет. Я здесь ни при чем. Ухожу в подполье. Я повернулась к ним задом и с независимым видом скрылась за телефонной будкой, не услышав даже, что он ответил.
Я стояла за будкой и с ужасом думала о том, что сейчас произойдет. В душе я ругала Аньку отнюдь не благим матом, да и себя тоже. Какого черта я вообще сюда поехала?...
- Маринка! Мари-и-инка!
Я молчала. Господи, какой позор.
- Маринка, иди сюда!
Я еще крепче прижалась к будке, схватив ее обеими руками. Никуда я отсюда не уйду!
Анька подбежала, схватила меня за рукав и радостно зашептала:
- Он согласен! Пошли. Пошли же! Ну чего ты?
- Нет! – сжав зубы, прошипела я.
- Ты что, дура? Он же согласился. Слышишь ты, согласился! Все, идем!
Она решительно схватила меня за руку и потащила к нему. А он стоит, улыбается, рожа такая! Я надулась как индюк и приняла максимально возможный гордый и презрительный вид партизана, идущего на расстрел.



Текст 12 (про рыбную ловлю):

Бур хорошо идет, лед суховат. И согрелся заодно. На часах двадцать минут как здесь. Блин, договорились до трех рыбачить, это еще пять часов болтаться по Эсске. Томительно посмотрел на солнце, висящее на нижней ветке березы. Облака разошлись, греть начинает, можно и позагорать.

Привалился головой к толстому бревну, торчащему изо льда, и «ушел». Бывает же, видно сильно вымотался вчера-сегодня, что сон за сном идут, через каждые пять минут. Да не простые. То в прорубь попал, то машина слетела с колеи, то – шатун вышел на меня...

Дернулся с испугу в очередной раз, и понять не могу, что это? А-а, это ко мне нагнулась Сашкина «мор…».

- И чего молчим? – тихо шепчет он и смотрит на меня своими «буравчиками», как сверлами в глаза лезет.

- Да, - отмахнулся от него, вспомнив про свою покупную рыбу, да на лунки глянул вскользь, ни одной удочки нет. Вот так дела.

«Блин, своровал их ты, Санька, что ли?», - и на всякий случай молчу, чтобы впросак не попасть.

- Чего, такой рыбак, что удочек больше нет? Рыба увела? Внимательным надо быть, - началась новая Сашкина опера. - На, - и сует мне свою удочку. – Какая мормышка была у тебя?

- «Капля» вот такая, с полсантиметра диаметром, свинцовая, - сочиняю я.

- А где лучше брало? – аж рот от любопытства открыл, не сводит с меня глаз.

Показываю на лунку, расположенную ближе к нему:

- В той.

- Можно я в ней буду ловить? Ты уж и так взял вон каких…, - слезу вот-вот пустит.

- Да, садись, только…, - держу указательный палец у губ.

Забросил его удочку и вспоминаю, а доставал ли я все те три удочки, которых у лунок нет. Если смотреть по следу на снегу, оставшемуся от них, то, да.

Молчим.

Наблюдая за двумя сороками, прыгающими с ветки на ветку. Они ждут, видно, когда позавтракаем.

- Через полчаса Колька к машине пойдёт, - тянет свою заунывную песню Санька.

«Вот хитрец, а!? Как же на публику любит поиграть. Но ничего, и таких обламывали, Сашенька».

Тянусь к удочке, а она тут же в лунку от меня. Спасибо уперлась сторожком в лёд, этой секунды и хватило, чтобы удержать её. Что ж там за рыбина? Ох, как тянет? Язь? Не ошибся, грамм на восемьсот.

- Вот везет, - злится усатый.

Надеваю нового короеда, и тихонечко опускаю леску в лунку. И тут же снова рывок. Борьба приятная, водит рыба сильно. Снова язь, чуть побольше первого. А за ним и третий. Да что самое интересное, словно в очереди стоят они за моей мормышкой.

- Дай мне эту удочку, возьми мою! – начинает поддавливать Саня.

Меняемся, но история та же. Вокруг моей лунки лежит шесть подъязков и два язя, больше килограмма каждый. Душа поет, танцевать хочется.
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 8:45 pm

Давайте разомнёмся, а заодно разберёмся с правилами конкурса и подсчётом баллов. Я сейчас запощу один текст (в принципе, можно догадаться, кто его автор, но лучше типировать честно). Вы попробуете его протипировать - пишите свои версии под спойлером. Чур не подглядывать! Обоснование по модели А и версии ТИМов, максимум 4, за каждую - процент уверенности (в сумме должно получиться 100%).

Конечно, когда начнётся настоящий конкурс, надо будет писать типирования не под спойлером, а посылать на мыло Пробирке.
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Евстахий, Гим, Барон

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 8:46 pm

Трое братьев жили у склона горы, холодный ручей сохранял их от зноя, кусты с ягодами, от голода. Однажды Барон зашел в глубь чащи, он долго бродил по лесам и низинам, пока не встретил девушку. Братьям он предпочел ничего не говорить.

Фили - так звали девушку, поведала Барону тайну горы.

"Здесь - у склона горы растет цветок, острый как бритва, оттого кони сюда не бегут, зайцы не кормятся, птицы не поют. Кто наступит на тот цветок, станет бессмертным, но будет из раны его сочиться кровь.

Барон захотел власти, Фили он знака не подал, однако глаз его стал заметно дергаться. Я стану Бессмертным!

Бессмертным! Прокричал Барон внутри своей души.

"Привет Брат. - Как ты?",- спросил Барона Евстахий.

"Неважно, вы наверное искали меня?", - поинтересовался хмурый дядька.

"Да, с братом Гимом искали тебя 2 дня и две ночи, душа наша кричала, будто ты кричал вместе с нами.", - со слезами на глазах сказал барон.

"Нечего переживать". Плюнул барон на скамью.

Зачем плюешься, брат?

А нечего искать меня.

Поселилась злоба в душе Барона.

На третий день вышел он из избы в поисках того цветка, что бессмертие дает. Бродил, пока его пятку не пронзила дикая боль.

"Все или ничего", - сказал про себя барон, достал кинжал, и вонзил себе в грудь.

Больно, больно, но в глазах не темнеет. Сука! Я бессмертный!

Кровь, она не идет, она течет только из пятки.

Барон намотал на ногу свежую портянку.

"Как-нибудь дойду".

По пути он увидел девушку, на которую напали бандиты во главе со Стефаном. Барон знал Стефана, он хотел отомстить.

"Эй Стефан, ты все баб обижаешь, обидь меня , да?"

"Эх, сука ты старая, стали захотел?"

Стефан накинулся на Барона, ударил его по лицу здоровенной палицей. Барон лег на землю, будто лепесток.

Я тебя вроде по лицу бил, почему у тебя кровь из пятки идет сквозь сапог, а?

Барон ничего не видел, один глаз лопнул, другой закрылся, он слепой и хромой взял Стефана за глотку и вырвал язык.

Я ослеп! В чем радость бессмертия, если ты слепой.

Барон дошел до дома, но по пути оставил после себя кровавый след.

Евстахий, завидев брата, спросил: Брат, что с тобой, почему ты весь в крови? Почему ты ослеп?

Меня ударили булавой, дело в том, что я ничего не вижу, перевяжи мне пятку.

Должно быть тебя ударили мечом в ногу.

нет, это не меч.

Попробуй убить меня, Гим.

Гима нет. Я тебя убью, сказал Евстахий, взял кочергу и ударил брата по руке.

Кость хрустнула, но Барон не умер. Кровь практически вся вытекла, и он стал похож на живой труп.

Где твоя кровь? Почему ты до сих пор жив? Евстахий бил Барона по спине, переламывая тому позвонок за позвонком. Умри, дьявол!

Барон кричал, но умереть не мог, тогда он вспомнил слова Фили о том, что бессмертие, это далеко не благодать.
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 8:48 pm

Что я думаю насчёт этого текста:

В тексте, в основном, аспекты ЧЭ, БС, ЧЛ, БЭ, немножко ЧС. Обилие динамических аспектов наводит на мысль, что автор, скорее всего, динамик. ЧЭ и БЭ неслабые, превалируют над логикой - так что автор, вероятно, этик. Если и логик, то ЧЭ и БЭ не болевые, то есть рациональный логик (тогда базовая ЧЛ, потому что БЛ отсутствует).

То есть из чёрных этиков получаем варианты ЭСЭ, СЭИ, ИЭИ. Из белых этиков - СЭЭ, ЭСИ (потому что ЧИ в эго не заметно). Из логиков - ЛСЭ. Исключим варианты с болевой ЧЛ (потому что в тексте она есть), остаются более вероятные динамические варианты ЭСЭ (самый вероятный) и ЛСЭ (менее вероятный) и менее вероятные статические варианты СЭЭ, ЭСИ.

Итого: ЭСЭ - 40%, ЛСЭ - 30%, СЭЭ - 15%, ЭСИ - 15%
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Ivka » Пт июл 28, 2017 8:57 pm

Бессмертие - тема БИшная вроде бы. Но! Раскрывается она далеко не через БИ. Вся тема раскрывается через сенсорики, причем преимущественно ЧС (вопросы выживания/физического воздействия/физического вреда/физической защиты, в которые переведена такая широкая тема, как бессмертие). То есть, я понимаю, что тут вроде бы сатира, но поданная через ЧС.

ПС Автору могла бы посоветовать поменьше налегать на авторские знаки препинания. Текст отчасти не читаемый из-за пренебрежения правилами русского языка.
Драйзер // ВБПН // Сфинкс
Я обнаружил неизвестно что, капитан! (с) Star Trek
Everything is connected (с) Дирк Джентли
Андорианский горнодобывающий конгломерат ни от кого не бежит! (с) Шран
Аватара пользователя
Ivka
Гуру
Гуру
 
Сообщения: 10646
Зарегистрирован: Чт авг 29, 2013 2:44 am
Медали: 5
Пол: Женский
Соционический тип: Робеспьер
Тип по психе-йоге: Паскаль (ЛЭВФ)
Профессия: искатель

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение ENTP » Пт июл 28, 2017 9:00 pm

Начался тескт с ЧС (описание цветка, дающего бессмертие). Бессмертие относится к ЧС, острота цветка - к ЧС, раны относятся к здоровь, а здоровье - к ЧС (я использую аспекты в значении ШСС).

"Барон захотел власти" - ЧС.

Саму концепцию "тайны горы" я бы отнёс к ЧИ.

"Да, с братом Гимом искали тебя 2 дня и две ночи, душа наша кричала, будто ты кричал вместе с нами.", - со слезами на глазах сказал барон.

"Нечего переживать". Плюнул барон на скамью.

Зачем плюешься, брат?

А нечего искать меня.

Поселилась злоба в душе Барона.

ЧЭ.

На третий день
- норма по БИ, типичный приём в сказках.

"Все или ничего", - сказал про себя барон, достал кинжал, и вонзил себе в грудь.

Эмоциональное действие - невыдержанность по ЧЭ, желание власти - ЧС.

Больно, больно, но в глазах не темнеет. Сука! Я бессмертный!

Кровь, она не идет, она течет только из пятки.

ЧС.
По пути он увидел девушку, на которую напали бандиты во главе со Стефаном.

Опять ЧС.
Барон знал Стефана, он хотел отомстить.

ЧЭ+ЧС.

"Эй Стефан, ты все баб обижаешь, обидь меня , да?"

"Эх, сука ты старая, стали захотел?"

Стефан накинулся на Барона, ударил его по лицу здоровенной палицей. Барон лег на землю, будто лепесток.

Я тебя вроде по лицу бил, почему у тебя кровь из пятки идет сквозь сапог, а?

Барон ничего не видел, один глаз лопнул, другой закрылся, он слепой и хромой взял Стефана за глотку и вырвал язык.

ЧС, ЧС, ЧС...
Я ослеп! В чем радость бессмертия, если ты слепой.

А вот и первый смысл появляется - ЧИ.
Барон дошел до дома, но по пути оставил после себя кровавый след.

Евстахий, завидев брата, спросил: Брат, что с тобой, почему ты весь в крови? Почему ты ослеп?

Меня ударили булавой, дело в том, что я ничего не вижу, перевяжи мне пятку.

Должно быть тебя ударили мечом в ногу.

нет, это не меч.

Попробуй убить меня, Гим.

Гима нет. Я тебя убью, сказал Евстахий, взял кочергу и ударил брата по руке.

Кость хрустнула, но Барон не умер. Кровь практически вся вытекла, и он стал похож на живой труп.

Где твоя кровь? Почему ты до сих пор жив? Евстахий бил Барона по спине, переламывая тому позвонок за позвонком. Умри, дьявол!

Барон кричал, но умереть не мог, тогда он вспомнил слова Фили о том, что бессмертие, это далеко не благодать.

Эта часть текста просто наполнена ЧС.

Но основная мысль всей этой сказки в том, что то, как человек себя чувствует [ЧЭ] важнее, чем то, что он имеет [ЧС] .

Я бы на основании этой сказки предположил ментальность и неодномерность ЧЭ у её автора.

Возможно, ЧС находится не в блоке СуперИД, т.к. лично мне все эти линчевания было читать неприятно.

Если эти мои два предположения сложить, то получается Дюма, Гюго или Штирлиц
ENTP
Гуру
Гуру
 
Сообщения: 8513
Зарегистрирован: Пт май 11, 2007 2:39 am
Медали: 6

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 10:58 pm

ENTP, а ты будешь участовать в конкурсе? :add14
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение cooler462 » Пт июл 28, 2017 10:58 pm

вапще не знаю за что зацепиться. но судя по тому, как легко в этой сказке один брат отдубасил другого, автор - этик.

а когда узнаем автора?
Аватара пользователя
cooler462
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4702
Зарегистрирован: Вт мар 20, 2012 11:28 pm
Медали: 1
Пол: Мужской
Соционический тип: Бальзак

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 11:01 pm

Ivka писал(а):
Бессмертие - тема БИшная вроде бы. Но! Раскрывается она далеко не через БИ. Вся тема раскрывается через сенсорики, причем преимущественно ЧС (вопросы выживания/физического воздействия/физического вреда/физической защиты, в которые переведена такая широкая тема, как бессмертие). То есть, я понимаю, что тут вроде бы сатира, но поданная через ЧС.


Так какие ТИМы ты предполагаешь у автора? И с какими процентами уверенности?


ПС Автору могла бы посоветовать поменьше налегать на авторские знаки препинания. Текст отчасти не читаемый из-за пренебрежения правилами русского языка.


Изначально он ещё и был не разбит на абзацы - я поставил промежутки между строками, чтобы текст стал более читаемым.

Это особенно странно, если учесть, кто автор. :add14
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 11:03 pm

ENTP писал(а):
Начался тескт с ЧС (описание цветка, дающего бессмертие). Бессмертие относится к ЧС, острота цветка - к ЧС, раны относятся к здоровь, а здоровье - к ЧС (я использую аспекты в значении ШСС).

"Барон захотел власти" - ЧС.

Саму концепцию "тайны горы" я бы отнёс к ЧИ.

"Да, с братом Гимом искали тебя 2 дня и две ночи, душа наша кричала, будто ты кричал вместе с нами.", - со слезами на глазах сказал барон.

"Нечего переживать". Плюнул барон на скамью.

Зачем плюешься, брат?

А нечего искать меня.

Поселилась злоба в душе Барона.

ЧЭ.

На третий день
- норма по БИ, типичный приём в сказках.

"Все или ничего", - сказал про себя барон, достал кинжал, и вонзил себе в грудь.

Эмоциональное действие - невыдержанность по ЧЭ, желание власти - ЧС.

Больно, больно, но в глазах не темнеет. Сука! Я бессмертный!

Кровь, она не идет, она течет только из пятки.

ЧС.
По пути он увидел девушку, на которую напали бандиты во главе со Стефаном.

Опять ЧС.
Барон знал Стефана, он хотел отомстить.

ЧЭ+ЧС.

"Эй Стефан, ты все баб обижаешь, обидь меня , да?"

"Эх, сука ты старая, стали захотел?"

Стефан накинулся на Барона, ударил его по лицу здоровенной палицей. Барон лег на землю, будто лепесток.

Я тебя вроде по лицу бил, почему у тебя кровь из пятки идет сквозь сапог, а?

Барон ничего не видел, один глаз лопнул, другой закрылся, он слепой и хромой взял Стефана за глотку и вырвал язык.

ЧС, ЧС, ЧС...
Я ослеп! В чем радость бессмертия, если ты слепой.

А вот и первый смысл появляется - ЧИ.
Барон дошел до дома, но по пути оставил после себя кровавый след.

Евстахий, завидев брата, спросил: Брат, что с тобой, почему ты весь в крови? Почему ты ослеп?

Меня ударили булавой, дело в том, что я ничего не вижу, перевяжи мне пятку.

Должно быть тебя ударили мечом в ногу.

нет, это не меч.

Попробуй убить меня, Гим.

Гима нет. Я тебя убью, сказал Евстахий, взял кочергу и ударил брата по руке.

Кость хрустнула, но Барон не умер. Кровь практически вся вытекла, и он стал похож на живой труп.

Где твоя кровь? Почему ты до сих пор жив? Евстахий бил Барона по спине, переламывая тому позвонок за позвонком. Умри, дьявол!

Барон кричал, но умереть не мог, тогда он вспомнил слова Фили о том, что бессмертие, это далеко не благодать.

Эта часть текста просто наполнена ЧС.

Но основная мысль всей этой сказки в том, что то, как человек себя чувствует [ЧЭ] важнее, чем то, что он имеет [ЧС] .

Я бы на основании этой сказки предположил ментальность и неодномерность ЧЭ у её автора.

Возможно, ЧС находится не в блоке СуперИД, т.к. лично мне все эти линчевания было читать неприятно.

Если эти мои два предположения сложить, то получается Дюма, Гюго или Штирлиц


ОК, Дюма, Гюго и Штирлиц. А с какими процентами уверенности? :add14 Если ты уверен в этих версиях одинаково, тогда получается каждому ТИМу по 33%.
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Parf » Пт июл 28, 2017 11:05 pm

cooler462 писал(а):
вапще не знаю за что зацепиться. но судя по тому, как легко в этой сказке один брат отдубасил другого, автор - этик.


А точнее? :add14


а когда узнаем автора?


Когда типировщики напишут версии как надо - с процентами уверенности в каждом ТИМе. Тогда я смогу загнать их в свою экселевскую табличку и посчитать баллы по двум параметрам (для подсчёта самосходимости 1 текста мало).

Тогда и автора назову. :)

cooler462, а ты будешь участвовать в конкурсе?
Аватара пользователя
Parf
КБ 'Грядущее'
КБ 'Грядущее'
 
Сообщения: 22249
Зарегистрирован: Чт сен 03, 2015 5:29 pm
Медали: 11
Пол: Мужской
Соционический тип: Дон Кихот
Тип по психе-йоге: Эйнштейн (ЛВЭФ)
Темперамент: Флегматик

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение WhiteOleander » Пт июл 28, 2017 11:14 pm

cooler462 писал(а):
судя по тому, как легко в этой сказке один брат отдубасил другого, автор - этик.


Этик-конструктивист, это они крышесносные))
ВКонтакте
WhiteOleander
Шаман
Шаман
 
Сообщения: 1521
Зарегистрирован: Сб апр 25, 2015 1:17 pm
Медали: 1
Пол: Женский
Профессия: работаю волшебником

Re: Конкурс типирования по 2 текстам

Сообщение Ivka » Пт июл 28, 2017 11:31 pm

Parf, я не буду давать никаких процентов по тексту, в котором нет достаточной информации для типирования. Я не гадаю на кофейной гуще. Возможно, ЧС в ценностях. Но никаких мерностей в тексте просто нет.

Это особенно странно, если учесть, кто автор. :add14

Понятия не имею, кто автор. У меня есть предположение, что знаков нет не от незнания, а потому что это такой прием, возможно. Стилистика предполагает такой вариант. Но в данном случае перестарались.
Драйзер // ВБПН // Сфинкс
Я обнаружил неизвестно что, капитан! (с) Star Trek
Everything is connected (с) Дирк Джентли
Андорианский горнодобывающий конгломерат ни от кого не бежит! (с) Шран
Аватара пользователя
Ivka
Гуру
Гуру
 
Сообщения: 10646
Зарегистрирован: Чт авг 29, 2013 2:44 am
Медали: 5
Пол: Женский
Соционический тип: Робеспьер
Тип по психе-йоге: Паскаль (ЛЭВФ)
Профессия: искатель

След.

Вернуться в Эксперимент - тексты

Кто сейчас на конференции

Зарегистрированные пользователи: Алексище, cooler462, Darlana, Deviant, Exabot [Bot], Google [Bot], Google Adsense [Bot], Istanaro, KetzalKoatl, Kuvaldos, Marat, Mr. Zadiraines, n.c0ll, Nunki, Rambler [Bot], Грим, Sarah Connor, tort000, vadimr, Yandex 3.0 [Bot], Yandex [Bot], Красногрудый, Наталья Ромодина